Двери здесь были самые обычные, все одинаковые, коридор скромный, как видно, весь шик израсходовали на ту, первую половину клиники, а здесь вся эта показная, бьющая в глаза красота совсем не нужна. Лола сделала озабоченное лицо и спокойно шла по коридору к той самой заветной двери в конце, но тут ей наперерез выскочила девушка. Девушка кусала губы и тряслась, по щекам ее катились слезы.

– Стойте, Елена! – послышался крик, и на пороге показалась женщина, которую Лола еще раньше узнала по голосу. Это была та самая Полина Викторовна, с которой она разговаривала по телефону, представившись Ольгой, подругой Алены.

И несчастная девушка была секретарем этой мегеры, вот уж не повезло человеку с работой!

Лола знала, что эмблемой медиков является чаша, наполненная ядом, и нависающая над ней змея. Так вот Полина Викторовна была похожа на эту змею, словно они были родными сестрами. Та же плоская голова, те же прищуренные маленькие глазки, и в голосе проскальзывало такое же шипение.

Лола в этой клинике ходила так, будто ступала по минному полю. Ей было страшно, причем страх этот не был вызван определенной причиной, но Лола всегда доверяла своей интуиции.

Поэтому она побоялась пройти мимо мегеры – та обязательно привяжется, раз уж она так разошлась. И Лола скользнула в удачно подвернувшуюся дверь туалета. Минут через пять туда же ввалилась несчастная секретарша. Вид ее был ужасен. Она наклонилась над раковиной и залилась слезами.

– Ну-ну, – не выдержала Лола, – ну зачем же так-то реагировать.

Она сама поплескала в лицо девушки холодной водой и протянула полотенце.

– Я не могу, – всхлипывала Лена, – я больше не выдержу.

– Так увольняйся! – Лола пожала плечами.

– Придется, – грустно сказала Лена. – Тут вообще-то платят хорошо… А ты новенькая? Что пропуск не носишь?

– Оторвался… – Лола вытащила из кармана магнитную карточку Ольгерта Писаренко.

– Смотри, у нас с этим строго… – вздохнула Лена. – Если Полина увидит…

– Тише! – Лена вздрогнула и оглянулась по сторонам. – Твоя правда, конечно, да еще тут этот случай с Череповой… Знаешь?

– Слышала краем уха! Вроде она из окна выбросилась?

– Да, – теперь Лена говорила едва слышно, – но не когда у нас лежала, а потом, уже дома, через две недели после выписки.

А муж все время звонит и грозится в суд подать, якобы лечение было неправильное. Вот Полина и психует, потому что ей с ним приходится объясняться! Левон Акопович ей так прямо и сказал: «Я врач, а вас для того и держу, чтобы вы в таких ситуациях разбирались».

– А она на тебе злость срывает! – подхватила Лола. – Мой тебе совет – увольняйся!

Лола вышла из туалета, деловым шагом промаршировала по коридору, сунула карточку в щель электронного замка и оказалась в общедоступной половине клиники.