Джованна сначала долго убивалась, не хотела верить, что Федерико мог так быстро забыть их любовь и жаркие ночи. А когда стало понятно, что эти ночи принесли свой плод, замкнулась в себе, и мне пришлось едва ли не силой заставлять ее жить.

Воспоминания причиняли боль, рвали незажившие раны, и мне с трудом удавалось сохранить лицо и не показать Абьери, как мне плохо. А у самой в голове звучало одно: он не отнимет у меня Беттину. Он поклялся, а каждый в Ветерии знает, что магические клятвы нерушимы. Я цеплялась за эту истину, потому что не могла представить, что будет, если Беттину заберут и отправят к отцу.

– Кощунство? – переспросил Абьери, и его голос вернул меня в настоящее.

Картинка за окном изменилась. Дорога стала у́же, расстояние между домами – больше, да и выглядели они скорее загородными виллами, чем городскими особняками.

– Тебя заботят вопросы веры? – хмыкнул Абьери, а я мысленно чертыхнулась. И зачем полезла со своими уточнениями?

– Мне казалось, ветерийцы очень набожны. – Я скрыла за нейтральной улыбкой нахлынувшие эмоции и уже более спокойно посмотрела на герцога.

– Так и есть.

Только это не избавляет нас от наблюдательности. Подожди, ты сама увидишь, что в поговорке отражена истинная правда, – усмехнулся Абьери, и его глаза ярко блеснули в темноте.

Странно. Мне кажется или герцог изменился? Исчезла былая отрешенность, в движениях появилась живость, да и маска больше не казалась такой плотной. За ней все чаще виднелось красивое, мужественное лицо.

– Вот мы и приехали, – добавил герцог, и я увидела, что карета остановилась перед каким-то огромным особняком.

– Это гостиница?

Я разглядывала белокаменное здание с обшарпанным фасадом и мраморными колоннами, а сама пыталась понять, что чувствую.

Вроде бы обычный особняк. Такой же, как те, что стоят рядом. Так откуда у меня такое чувство, будто он ненастоящий? И почему и сам дом, и окружающий его сад, и старые плиты двора выглядят декорациями к какой-то мистической пьесе?

– Это дом моего друга, – ответил Абьери.

Он спрыгнул с подножки и подал мне руку, помогая спуститься.

– Уверен, тебе здесь понравится.

Хотела бы и я быть в этом уверена, особенно после недавнего допроса! Правда, ничего подобного я не сказала, только мило улыбнулась и вошла вслед за Абьери под увитую розами арку ворот.

* * *Особняк встретил нас тишиной. Ни слуг, ни майрессы, ни управляющего – никого. В большом, тонущем в полутьме атриуме тускло горели несколько магических светильников. В воздухе чувствовались горьковатый аромат дыма и едва ощутимый запах плесени. На большой резной скамье лежал брошенный кем-то темный плащ. Прямо напротив входа виднелись огромные закрытые двери, ведущие во внутренние покои.