Теперь Геста не понимала, как могла так низко пасть, пуская его в свою постель. Лучше было бы, верно, спать с конюхом: бабы в детинце, стыдливо краснея, болтали, что среди них есть знатные любовники. Как прижмут — так жар по всему телу. Всё ж удовольствие.

Но нынче она не собиралась переступать через себя. Достанет с Квохара поблажек.

— Разузнать хоть что-то о девчонке оказалось не так-то просто, — тот медленно подошёл, осматриваясь в светлице, как в первый раз. — Точнее невозможно. Либо она пришла очень уж издалека, либо хорошо умеет скрывать свою жизнь.

— Разве такое может быть? — фыркнула Геста. — Чтобы вообще ничего нельзя было узнать?

Вместо ответа казначей склонился, взял её руку в свою и прижался к ней губами. Геста с омерзением выдернула ладонь из его пальцев, а другой стёрла влажный след поцелуя. Квохар бросил короткий удивленный взгляд, обошёл её и, встав позади, навис, словно коршун, отчего стало душно и тяжело.

— Последний раз Младу видели в Паздерне, — отмеряя каждое слово, произнёс казначей. — Хотя про эту деревню ты вряд ли слышала. Там она продала лошадь и пошла дальше пешком. Об остальном мои знакомцы ничего не знают. Или попросту молчат.

— Возможно, — задумчиво качнул головой Квохар. — Это наводит на некоторые мысли, но кто я такой, чтобы лезть глубже. Так можно и обратно не выбраться.

Он скупо улыбнулся, вытянув губы в тонкую линию.

— Ты — казначей. Не последний человек в княжестве!

Геста встала, не в силах больше терпеть давящее присутствие Квохара. Тот проворно обошёл кресло и заключил её в объятья, но она, не скрывая раздражения, высвободилась.

— Моя богиня недовольна? — казначей с усмешкой проводил её взглядом.

— Ещё как, — Геста толкнула его в грудь, стоило ему приблизиться снова. — Ты потратил столько времени без толку. Да ещё и обманывал меня! Впрочем, забудь. Всё равно это больше не имеет значения. Я хочу, чтобы ты сделал кое-что другое.

— Уговора о каких-то ещё услугах не было, — казначей прищурился, и его голос дрогнул возмущением.

— Со мной не стоит торговаться. Я не купчишка на ярмарке.

Квохар презрительно поджал губы и, пригладив волосы, повернулся было уходить. Нет, отпускать его так просто нельзя — уж больно легко отделался. Только заморочил ей голову, а толку чуть. Геста подошла к нему и провела ладонью по груди, разглядывая каждую резную пуговицу на кафтане. Но лишь казначей хотел снова её коснуться, как она легко увернулась. Сегодня она оставит его не солоно хлебавши, но сначала вдоволь подразнит.

— Может, ты всё же выслушаешь меня? А там мы можем поговорить по-другому, если пожелаешь, — медово проворковала она, склоняя голову к плечу.

Но по лицу Квохара нельзя было сказать точно, пойдёт ли он на всё что угодно только ради ночи с ней.