— Он и его солдаты, скрываясь от вражеской погони, оказались отрезанными от своего полка и теперь возвращаются обратно. Они пробираются к лагерю тайно, имея при себе лишь самые скромные припасы, однако до сих пор никто не пострадал. С чьей-то помощью вашему сыну удалось отослать домой эту весточку.

Слова Холмса, несомненно, чрезвычайно обрадовали старика, но он смотрел на нас с недоумением, будто боялся верить собственным ушам.

— Боже мой! Но как же вы, мистер Холмс, смогли прочесть все это по открытке, на которой ничего не написано, кроме неверного адреса?!

Мой друг выпрямился.

— Сэр Генри, ремесло детектива требует уверенного знания величайших книг человечества, таких как сочинения греческих и римских классиков, а также Священное Писание. Древние языки нередко используют в военных шифрограммах. Вам, должно быть, известен исторический анекдот о том, как в годы Второй англо-маратхской войны командир одного из британских отрядов сообщил начальству о своем местопребывании, написав на листе бумаги одно-единственное слово: «Credidit». Любой школьник знает, что этот латинский глагол означает «уверовал» или «уверовала». Отряд находился в Гуджарате, у Веравала.

— Прекрасно, — нетерпеливо ответил сэр Генри. — Но при чем здесь мой сын?

Холмс снова взял в руки открытку.

— В вашей деревне нет ни Королевской улицы, ни дома под номером сто восемьдесят четыре. Но адрес этот написан, очевидно, не без умысла. Вероятно, вам предлагают обратиться к Ветхому Завету, к летописям эпохи иудейских царей, то есть к Книгам Царств. Номер сто восемьдесят четыре может означать главу восемнадцатую, стих четвертый.

Ответив на восторженный возглас клиента легким наклоном головы, Холмс продолжил:

— Как вы, несомненно, помните, Третья книга Царств гласит: «…Авдий взял сто пророков, и скрывал их… в пещерах, и питал их хлебом и водою». Ваш Абидайя, или Авдий, если называть его на библейский манер, прячет от врага сотню своих солдат, деля с ними скудный провиант. Выпьем за здоровье этого храброго молодого человека, и пусть он благополучно вернется в расположение своей части!

Холмс, конечно же, оказался прав. Спустя некоторое время сэр Генри с гордостью сообщил нам о том, что за проявленную отвагу его сын награжден Военным крестом и теперь зовется уже не капитаном, а майором Абидайей Джонсом.

Но вернемся в то утро, когда осчастливленный старик, многократно поблагодарив нас, покинул Бейкер-стрит и направился в военное министерство для наведения дальнейших справок по своему делу.

— Полагаю, Ватсон, сэр Генри — первый клиент, которого нам довелось принять в этой гостиной за многие месяцы, — сказал Холмс, вытягиваясь в кресле и устремляя взгляд на язычки пламени, весело танцующие за чугунной решеткой.