Мне всё ещё нравилось их рассматривать: каждый раз находилась какая-то деталь, словно скрытая ранее. Сейчас ею оказались металлические браслеты на лапах и то, что на втором полотне один из удирающих крестьян потерял штаны на бегу.

Дариан заметил мой взгляд.

— Ты ведь не любишь живопись, — сказала я и вслепую погладила его по щеке кончиками пальцев. Трогать его лицо почему-то было особенно приятно. — Больше никаких картин, даже миниатюр нет, а эти висят.

— У меня в тот раз случился приступ сентиментальности, — ответил он. Потёрся о мою ладонь, как большой кот, а потом в той же кошачьей манере куснул сбоку. — Моя прапрабабка была последней в роду, кто ещё сохранял вторую ипостась.

Я обернулась и нарвалась на поцелуй.

— Да подожди… В смы… Так! — не сразу, но удалось остановиться. — Какую ещё ипостась?

— Ты же читала «Корень мира: изыскания о землях и династиях Великого Регелана в двадцати четырёх томах», — он с явным удовольствием произнёс полное название, потешаясь над пафосным стилем автора. — В первом томе как раз говорится о драконах-прародителях.

— Я думала, это сказка! Ну знаешь, во всех культурах вожди приписывали себе особенное происхождение: от богов, детей богов, детей детей богов… И драконы в той же куче.

Почему-то это поразило меня гораздо сильнее, чем все магические штучки, возможные в этом мире. Удивительная штука, человеческая психика — разумная ящерица с крыльями наносит ей больший урон, чем возвращение с того света.

— Ты бы ей понравилась.

— Кому? — Головой я всё ещё была на стадии осознания. — А, поняла. И чем же?

— Ей всегда нравились люди, которые не желают сдаваться. — Дариан вдруг легонько куснул меня за ухо. — Особенно на вкус.

Волна удовольствия прокатилась по коже. Я засмеялась и шутливо погрозила ему пальцем:

— Но-но, никаких поеданий до свадьбы.

— Тогда остаётся только один вариант… — Он отвёл прядку с моего лба, от нежного касания стало щекотно. — Знаешь, как звучит свадебная клятва в Регелане?

— Откуда? Все свадьбы, на которых я могла побывать, мистическим образом сорвались... Включая мою собственную.

— Ууу... Давай ты посидишь в комнате, пока я буду на тебе жениться? А то мало ли. — Он получил шлепок в грудь и засмеялся. Потом склонил голову набок, глаза блеснули загадочными озёрами. Заструился шёлковый голос: — «Я выбираю тебя в этот час и клянусь сохранить этот выбор до самой смерти».

Я смотрела в его глаза и видела наше будущее. То чутьё, что вело меня, наконец-то свернулось клубком в груди и мурлыкало, безошибочно зная, что вступило на верный путь. Может и не всё на нём будет похоже на сказку, но вместе мы справимся с любым испытанием. Пройдём его рука об руку, встанем плечом к плечу. Ведь любовь — это снова и снова выбирать друг друга.

Даже если на кону целый мир.