Они знают Эдельгара не как лицо на портрете, не как громкое имя в списке престолонаследников, а лично. Он никогда не чурался людей, относился по-человечески ко всем, кого отец считает вторым сортом — и сейчас это сыграло в его пользу.

Вышедшие вперёд теряют решимость, оглядываются и всё-таки отступают обратно со смущением на лицах. Я прямо слышу их мысли: «Надеюсь, никто не запомнит, что это был я».

— Мой народ, — повторяет принц, его голос наливается силой и взлетает над огромной толпой, — жители Регелана! Пришло время призвать к ответу виновных! Мой отец, ваш король, вероломно убит. Я был там, видел его смерть от бандитской стрелы и сам едва не погиб. Не только король пал в тот день, четырнадцать достойных людей покинули этот мир навсегда! Моя душа горела горем и яростью, я жаждал справедливого возмездия! Но что же я услышал, когда вернулся? Королева и Третий советник казнили моего дядю, который никогда в жизни не злоумышлял против брата!

— Чушь! — взвилась королева Бриония, её лицо перекосилось. — Не верьте ему! Он заодно с Лефортом! Он убил короля, чтобы занять трон!

— Заткнись, — крикнул кто-то из толпы. Следом полетело яблоко и сочно шлёпнулось у ног королевы, обдав подол брызгами. Та шарахнулась в сторону.

Я заметила, как изменилось лицо отца. Теперь он бросал косые взгляды по сторонам, как затравленное животное, держал скрюченные пальцы у пояса, словно ждал, что сейчас нападут — и готовился выцарапать глаза. Чувствует, куда ветер дует. На народной любви им с королевой не выплыть.

— Только мужа схоронила, а уже с новым в спальню!

На помост градом сыпется всё, что нашлось в карманах и под ногами: огрызки, орехи в скорлупе, гнилой помидор, камни. Гвардейцы пытаются отодвинуть толпу, но та напирает, строй по бокам дорожки схлопывается, и путь к карете теперь отрезан. Королева прячется за спины фрейлин, шипя от злости.

Герцог Вилфорт, напротив, прошёл вперёд, длинные полы изумрудного камзола хлопнули птичьими крыльями.

— Жалкая чернь! — заорал он, разбрызгивая слюну. — Вам дурят голову! Он пришёл сюда без единого доказательства!

Он надрывается, изрыгает потоки грязи на тех, кем желал править. Я смотрю на лица и вижу в них отражения своих чувств: отвращение и гнев. Но чем дальше от помоста, тем больше людей поворачивается в другую сторону — их привлекает что-то за углом. Под нарастающий гул из тени между домами появляется вооружённый отряд. Это не гвардейцы, на них синяя форма.

Стражники выхватывают оружие.

— Опустите мечи! — командует Эдельгар, перекрикивая толпу, пока отряд с трудом пробирается к помосту. Они держат строй-скобку, укрывая кого-то за спинами. — Это не враг! Пропустите их!

— Видите?! — так и подскочил отец.