Взгляд отца Вива словно прошил меня насквозь:

— Ваш дядя тоже незарегистрированный маг?

Опасность! Откуда он вообще об этом знает? Или он только предполагает, не знает? И что мне делать? Врать? Но вдруг у гросс Теккера не предположения, а точные сведения, и он меня просто проверяет? Сказать правду? Но дядя Квентин скрывает это, и уж точно не порадуется, что я раскрыла его перед целым генералом полиции!

Мысли пронеслись в голове в одно мгновение, и решив, что если в любом случае получится, что я кого-то подставила, то уж лучше дядю, а не себя, я вежливо улыбнулась, словно поясняя человеку, стоящему много выше меня, его ошибку:

— Он маг, но настолько слабый, что его и магом назвать сложно.

Дядю не стали учить в детстве, и он всю жизнь страдал об упущенных возможностях, считая, что если бы его дар развивали, он бы достиг в жизни куда большего. Дядя Квентин решил, что не сделает такой ошибки со мной. И он не сделал этой ошибки. Он сделал другие.

— Скажите, Кассандра, а у вас эта скрытность — семейная черта? Дядя нигде не зарегистрировал свой дар, вы нигде не зарегистрировали… Весьма интересная семейная традиция.

Это тебе за самонадеянность, Кэсс! Генерал гросс Теккер — матерый волчара, и дурочки, вроде тебя, ему на один зуб.

Следовало подумать об этом, когда соглашалась принять приглашение Вива.

Укоризненно взглянув на собеседника, я вздохнула и призналась:

— Поверьте, мсье гросс Теккер, если бы дядю признали магом — он был бы счастлив. Да что там — он, даже я, и то была бы счастлива, ведь тогда он, наверняка, отстал бы от меня с великой целью вырастить из слабосилка виртуоза.

Но проблема в том, что людям с таким уровнем силы, как у дяди, отказывают. С формулировкой “ввиду ничтожности”. Не претендента, конечно, а дара — но, сами понимаете, принять на себя такой ярлык, это очень…

Я покачала головой, а один из старших братьев Вива (боги, да который же, Филипп или Эван?) понимающе хмыкнул.