– Легко! Я училась, а теперь периодически балуюсь.

– У тебя классное тело. Ну-ка, шевельни бедрами, – велел он, и она сделала. – Я согласен бесплатно, – выдохнул парень.

– Нет, дружок, я так не привыкла. Танцуем, и ты получаешь свои бабки, как я и обещала.

Взяв парня за руку, Марина потянула его в зал, попросив поставить что-нибудь погорячее. Малыш со скучающим видом оглядывал сцену, потягивая виски. Коваль обернулась к партнеру:

– Как тебя зовут, мачо?

– Карлос.

– Ну что, Карлос, – она усмехнулась, – порвем публику? – Прикоснувшись к его щеке пальцем, как бы случайно провела по губам.

Он понял намек, слегка прихватив ее палец губами и проведя по нему языком, так, что она вздрогнула.

Врубили Гуасанито. Дома Коваль частенько гоняла его диск, знала каждый ритм, каждый звук. Карлос подхватил ее, и они полетели в бешеном ритме. Партнер был супер, выше всяких похвал, танцевал, как жил, крутил ее так, что и без того короткая юбка взлетала, открывая бирюзовое кружево и шнурки стрингов. Зал визжал и топал, все мужики сгрудились возле сцены и глазели на изумительную пару не отрываясь. Когда же музыка кончилась и Карлос, блестя черными глазами, подал руку для поклона, кто-то крикнул:

– Еще! – и это мгновенно поддержали все, кто был в зале, включая высыпавших из гримерки танцоров и их партнерш.

Коваль вопросительно глянула на Малыша, и тот поднял вверх обе руки с отставленными большими пальцами и кивнул одобрительно.

– Румбу можешь? – спросил Карлос.

– Если только совсем медленно и без выкрутасов.

– Понял.

Поставили Луиса Мигеля. Красивейшая медленная румба поплыла над залом, где тотчас же выключили свет, оставив только бело-голубой луч прожектора на сцене.

Марина двигалась, подчиняясь партнеру, который великолепно управлял ею, сгибая и вращая в такт музыке. Она получала такое удовольствие, что и забыла в какой-то момент, для чего это делает. Вернее, для кого. Закончив танцевать, они скрылись в гримерку, иначе пришлось бы еще не раз повторить программу. Марина с наслаждением закурила, а Карлос восхищенно смотрел на нее:

– Ты обалденно танцуешь, рядом с тобой моя партнерша просто бревно. Не хочешь здесь поработать, я бы договорился с хозяином?

– Нет уж! – засмеялась она, вставая с диванчика.

 – Каждый должен есть свой пирожок. Спасибо тебе за классные танцы. Идем, отдам, что должна.

– Я не возьму, – воспротивился он, но был прерван:

– Команды возражать не поступало!

В нижнем зале, где сидела охрана, Коваль подозвала Корейца и велела отдать Карлосу пятьсот баксов, а сама пошла обратно, услышав, как танцор спрашивает у телохранителя:

– Кто это?

– Радуйся, придурок, удалось подержать за задницу саму владелицу «Империи удачи». Хороша сучка? – ощерился Кореец.

– Обалдеть… – промямлил танцор.