– Сорок процентов от двенадцати миллионов зеленых американских денежек! А не разорвет ли вас по швам от таких запросов, господин строитель? Да Мастиф меня живьем своим алабаям скормит, если я соглашусь на эти условия! Чует мое сердце, что просто постелью тут не отделаться, придется еще и фантазию проявить. Попала ты, Коваль! И затащить его в постель теперь просто задача номер один, а уж там-то я решу проблемы так, как умею».

Она бросила на Малыша томный взгляд, чувствуя себя вокзальной дешевкой:

– А по-другому мы не договоримся?

Он рассмеялся:

– Ну, Марина, не разочаровывайте меня! Ни одна женщина не стоит таких денег! Если, конечно, я правильно вас понял.

– Как знать, – многозначительно ответила Марина. «Да, Коваль, ну ты и оценила себя, вернее, переоценила».

– Убедите меня в обратном, и мы договоримся, – потребовал он, явно издеваясь и желая посмотреть, на что способна загнанная в угол дамочка."

"Мысли перепутались, то сбиваясь в кучу, то растекаясь рекой. Марина лихорадочно соображала, что такое предпринять, и тут вдруг ее внимание привлекла пара танцоров на сцене, исполнявших самбу.

И Коваль четко и ясно представила, что и как сделает:

– А хотите, я станцую для вас, Егор? В вашем клубе отличные танцоры-латинисты, и, если вы позволите, я покажу кое-что.

Заинтригованный Малыш кивнул. Марина встала и пошла к служебному входу, где находились гримерки. Что ж, придется вспомнить то, чему училась почти восемь лет, и что выходило у нее совсем неплохо – бальные танцы.

В клуб «Глория» она попала в семилетнем возрасте, абсолютно случайно, слоняясь по школе и из любопытства заглянув в спортзал, где танцевали дети. Заглянула – и осталась, начала заниматься, получила партнера, участвовали в конкурсах и даже выиграли кое-какие медали.

Ей очень нравилось танцевать, а латиноамериканскую программу во всем клубе никто не исполнял лучше их с Русланом (так, кажется, звали партнера). Потом Марина вынуждена была устроиться на работу, и совмещать ежедневные тренировки, учебу и работу санитаркой в больнице стало сложно, а посему с танцами пришлось расстаться, о чем она ужасно жалела. Но даже сейчас иногда позволяла себе дома перед зеркалом вспомнить несколько движений. Надо же, где пригодилось экзотическое умение… Вот точно, не бывает знаний, полученных зря!

Толкнув дверь, Марина очутилась в просторной комнате. На диванах и креслах сидели или просто лежали молодые парни. Увидев вошедшую, они уставились на ноги и голый живот, а кто-то присвистнул даже.

– Ребята, пять сотен «гринов» тому, кто станцует со мной самбу! – объявила она.

– А сумеешь? – лениво протянул с акцентом жгучий «латинос» с длинными черными кудрями, впереди зализанными гелем, а сзади собранными в хвост.