– Тварь Нисевич, опять изуродовал…

Череп осторожно стал дуть на больное место, целовать, едва касаясь губами. Марина гладила его короткие волосы, огромные плечи, бугрящуюся мышцами спину. Ей было абсолютно безразлично, кто он, главное, с ним хорошо и надежно. На то, что о ней скажут другие, ей всегда было плевать, а уж теперь-то…"

"В обед, когда Марина проснулась, Олега не было. Она побрела в душ, перед зеркалом долго разглядывала грудь. Черт побери, мало проблем, так еще и это… Через час, когда она попивала кофе на балконе, во двор влетел зеленый «ровер», а за ним – ее «крузер», из которого выбрался Череп с огромными сумками.

Еще несколько таких же лежали на заднем сиденье. Марина с замиранием сердца слушала его шаги на лестнице и ждала, когда он войдет. Она действительно привязалась к нему.

Ворвавшись в спальню, Олег едва бросил сумки и тут же кинулся целовать ее, прижимая к себе:

– Привет, родная!

– Где ты был так долго? – заглядывая в его глаза снизу вверх, спросила она.

– За вещами твоими ездили с Кабаном, тебе ведь даже переодеться не во что. Слушай, я такого белья ни на одной девке не видел! – подмигнул он.

 – Обалдеть просто!

– Да, от прошлой жизни осталось кое-что, теперь уже вряд ли смогу надеть.

– Фигня! – решительно отмел Череп. – Сможешь! Я же должен увидеть, как такое носят.

– А особенно, как снимают! – засмеялась Коваль, целуя его в щеку. – С тобой все ясно!

Первая утрата – Клауса пришлось оставить у консьержа уже навсегда – царапнула Марине сердце. Но рядом светилось восторгом лицо Олега, и Коваль справилась с собой, сдержала слезы.

…Вечером Мастиф впервые взял ее с собой к самому Сереге Строгачу, известнейшему авторитету, которому подчинялись все криминальные и полукриминальные личности города.

Череп предупредил, что Строгач очень любит красивых женщин и не может устоять перед соблазном получить желаемое. Это было совершенно некстати, не вписывалось в Маринины планы, и она заговорила на эту тему с Мастифом, но тот резко велел замолчать и ерунды не пороть:

– И поменьше слушай своего офигевшего от ревности Черепа, а то скоро из дому будешь бояться выйти. Предупреждал ведь, что не надо спать с охранником, так ты сама все решила!

– Да, – с вызовом ответила она.

 – И не жалею!

– Это пока. А очень скоро тебе надоедят его придирки и ревнивые взгляды. И он ведь не просто смотреть будет, начнет разборки устраивать, конкурентов своих устранять. Вряд ли тебе это понравится.

– Дальше будет видно, а пока мне хорошо.

– Ну, еще бы – он парень выносливый, горячий, – усмехнулся Мастиф. – Только ты вот что – поостереглась бы немного, ведь дети от этого бывают.

– Да ну? – притворно удивилась Коваль.