– Ты не права! – возбужденно говорил Розан, меряя шагами каминную. – Не права! Если мы докажем, что это подстава, с тебя все слезут. Понимаешь?

– Я не хочу ввязываться в это. И тебе не советую. Говорю еще раз, для тех, кто не догнал, – это не наше дело. Кончай базар.

– Зря ты! – уперся он. – Это твой реальный шанс вернуть Малыша."

"– А мне оно надо? Я его и не теряла, я просто ушла от него. Сама.

Серега смерил ее недоуменным взглядом и покачал головой:

– Доиграешься! Разведется он с тобой!

– Ты не понимаешь, да? Он УЖЕ со мной развелся, причем громко и по телевидению! Все, хватит. Я пошла спать.

Розан ушел к себе, а Марина переоделась и легла в постель, прихватив шоколадку, что делала крайне редко – не любила сладкого. Но сегодня захотелось снять стресс, а пить спиртное надоело. Малыш не винил ее в случившемся, он хорошо знал свою жену, знал, что она скорее умрет, чем сделает что-то во вред ему. Главное, что с ним ничего серьезного не случилось, он жив-здоров, а шрам… Что шрам – живет же Коваль как-то со своим.

Она никогда не желала Егору зла, любила его, и, что скрывать, до сих пор любит, ей без него плохо, она страшно скучает, хочет его и сходит от этого желания с ума. Но не вернется. Не простит публичного унижения и предательства.

Объевшись шоколадом до тошноты, Марина кое-как уснула. Ей опять снился Егор, ласкающий ее на столе в кабинете, она отдавала ему себя с удовольствием, отвечая на ласки со всей своей страстью. Утром все тело ныло от неудовлетворенного желания, и Коваль злилась и разве что не покусала никого. Весь день орала на подчиненных, под конец все просто пятый угол искали, включая Розана и телохранителей.

Нужно было срочно что-то сделать с этим, иначе завтра она рехнется или убьет кого-нибудь. Она снова позвонила Карлосу, и он, разумеется, не отказался помочь…

Озабоченная своими проблемами разного свойства, Марина и забыла, что в воскресенье – выборы. Розан напомнил, предложил даже свозить, но Коваль его обсмеяла:

– С каких пор наш «профсоюз» стал так политически активен?

Розан оскорбился в лучших чувствах:

– Нам жить под ними! Если ты, конечно, это еще помнишь!

– Я тебя умоляю! Запомни, дорогой, я не живу ни под кем! И не буду. Нужно уметь существовать параллельно, не пересекаясь интересами. Приходи вечером ко мне, посмотрим политическое шоу, запьем его коньяком, – пригласила Марина, и Серега согласился:

– Ладно, приду. А до этого я тебе еще нужен?

– Нет, отдыхай. Я хочу дома кое-что разобрать.

Полдня Коваль возилась в гардеробной, развешивая свои тряпки, прикасаться к которым не позволяла никому, и заодно перебрав весь запас белья и туфель.