В свободное от ловли рыбы время он усаживался на салинге, дразня матросов, которым приходилось оттирать палубу после него, или бегал за крохотным мистером Уиллоби, превосходя восьмифутовым размахом крыльев его в несколько раз.

Теперь команда немного изменила свое отношение к китайцу и не задевала его по пустякам. Безрассудная ловля пеликана и дальнейшее его обучение восхитили всех, а клюв желтоглазого Пинг Ана служил надежной защитой, и мистер Уиллоби с удовольствием просиживал все погожие дни под мачтой, нанося на бумагу столбцы знаков.

Мне было интересно, что же делает китаец, когда его никто не видит, а торчать у него над головой не хотелось.

Я укрылась за мачтой. Он смотрел на страницу, гордый своей работой. Ровные столбцы иероглифов выглядели очень красиво, хотя их смысл оставался мне недоступным.

Посмотрев, что вокруг никого нет, мистер Уиллоби выхватил кисточку и тщательно вывел в верхнем левом углу еще один знак. «Подпись», — догадалась я.

Глубоко вздохнув, он поднял глаза на море, но видел не океан, не дельфинов и не акул — таким мечтательным был его взгляд.

Испустив вздох еще раз, он качнул головой, отвечая самому себе на какие-то мучившие его душу вопросы, и осторожно сложил бумагу вначале вдвое, затем вчетверо и после вшестеро. Все это он проделал сидя. Дальше произошло непонятное: встав, он понес конвертик к борту и бросил его с вытянутой руки в воду.

Впрочем, в воду бумага не упала благодаря ветру, подхватившему ее и унесшему вдаль, где она стала похожей на чисто-белую чайку или крачку, одну из многих летевших за «Артемидой» в надежде поживиться объедками.

Мистер Уиллоби не видел этого — он уже спускался с палубы, по-прежнему мечтательный и по-своему счастливый.

История мистера Уиллоби

Когда центр Атлантического круга остался позади, а «Артемида» двигалась все дальше на юг, стало намного теплее, и матросы собирались по вечерам на полубаке, находя себе занятия по вкусу: песни, пляски (Броди Купер аккомпанировал на скрипке) или просто разговоры.

Мы шли к югу, а это значило, что владения кракена и разнообразных морских змей остались позади. После этого морские гады и чудовища интересовали команду не так горячо, поэтому байки о тварях уступили место рассказам о родных местах каждого из членов команды.

Наконец все было рассказано, и обделенным вниманием остался только мистер Уиллоби. Любознательный юнга Мейтленд пожелал узнать и историю китайца, сидевшего, по обыкновению, под мачтой, и обратился к нему с такими словами:

— Как ты оказался на наших землях? Китай ведь так далеко. Говорят, что в вашей стране живет очень много людей, правда, китайские моряки попадались мне очень редко.