Я довольно оглаживаю мягкую бархатистую кожу, чуть тронутую загаром. Никаких полосок от трусиков. Ласточка посещает солярий, чтобы поддерживать естественный загар кожи, и не надевает при этом никакого белья. Идеальная попка! Самая лучшая… Я прижимаюсь лбом к шее Тани со спины, слушая её мерное дыхание. Прядь тёмных волос упала на лицо и едва шевелится от её глубокого дыхания. Любуюсь обнажённой красоткой, лежащей рядом со мной. До сих пор не верится, что это и есть та самая толстушка Танька Попова, моя одноклассница. Если бы я знал, что она станет такой сексуальной девушкой, я бы её не задирал.

Если бы знал? Да я бы ни за что не поверил, если бы кто-то мне заявил тогда, что через шестнадцать лет с лишним лет у меня на Попову будет колом стоять. Мда-а… Я бы поржал и послал этого болвана куда подальше. И оказался бы не прав. Потому что Таня стала настоящей красавицей с точёной фигуркой. Признаться, удивлён, что она стала фитнес-тренером. Она же была отличницей, могла бы стать бизнесменом или работать где-нибудь в крутой конторе. Ах да, по словам Тани она и есть бизнесвумен. Фитнес-центр якобы принадлежит теперь ей.

Но в кошельке у неё поразительно пусто для бизнесвумен. Может быть, дела идут не так хорошо, как ей того хотелось бы? Или она плохой организатор? Ну… Не всегда отличники могут хорошо устроиться в жизни, так что всё возможно.

Потихоньку тянусь к телефону и отправляю текстовое сообщение своему помощнику, чтобы разузнал всё о бизнесе Тани. Может быть, я буду в силах помочь ей советом.

А пока хочется помочь себе… В одной конкретной области, которая аж дрожит: так невтерпёж моему парню ворваться внутрь узкой, влажной и невероятно вкусной дырочки.

Я придвигаюсь к Тане и провожу пальцами по позвоночнику. Идеальная линия спины… А какие сладкие ямочки на пояснице! Вспоминаю, что мы вытворяли вчера ночью в этой комнате, и становится жарко. Член потёк смазкой. Я раздвигаю пальцами нежные складочки и проталкиваюсь внутрь членом. Горячо-о-о…

Не могу сдержать стон и, обхватив бедро посильнее, толкаюсь внутрь. Таня просыпается.

– Доброе утро, сладкая…

Рывок, толчок… Уже почти полностью в ней! Как вдруг Таня отодвигается от меня и садится на кровати, кутаясь в белую простынь.

– А? – очумело произношу я, ещё не соображая, что произошло.

Только что успел почувствовать влажность и жар её тела, как вдруг меня лишили десерта! Что, вообще, здесь происходит?

Я обнимаю её за плечи и тяну на себя, пытаясь уложить на кровать. Но Таня дёргает плечом и встаёт. Она отходит на два метра, забирается в кресло с ногами, смотрит на меня.

– Кхе… Кхе… – прочищаю горло, собираясь с мыслями, – завтрака в постель у меня нет. Но могу заказать. Всего один звонок…

– Не надо, – резко обрывает меня Таня.