И почувствовал, как мальчик еще сильнее прижался к нему. В голове Никитиным голосом зазвучало: «Папа. Папочка…»

Что ты творишь, малыш?

Вадик, у меня точно сердце как у космонавта? Болит невыносимо там, слева.

Его кто-то толкнул в плечо, проходя мимо. И время снова потекло, и Никита разжал руки. А Денис присел на корточки.

Нос и щеки красные. Глава подозрительно блестят. Руки — невесть откуда взявшимся уверенным движением Денис сунул пальцы в варежку — холодные. Тем же движением неизвестной этиологии поправил Никите шапку, встал и взял мальчика за руку.

— Пошли в машину, ты замерз.

С рецептом потом разберемся.

Никита вцепился в его ладонь намертво. И включил Nikita FM. Про все на свете, будто молчал три года, а теперь наверстывал — пока шли к машине, пока ехали.

— А чего ты к нам так долго не приходил? Мама тебе звонить не разрешала, говорила, что ты очень занят и тебе нельзя мешать. Много операций, да?

— А массаж очень больной, я его боюсь. Но футболисты травмы получают иногда и хуже. Надо тренировать силу воли. Пока у меня не очень получается.

— А Изольде Васильевне таблетки от старости не помогают совсем.

Но ей надо не от старости, а от памяти, она два раза на этой неделе уже ужин сожгла!

Денису во всем этом досталась привычная роль: кивать и соглашаться. Да, много работы. Да, надо терпеть. Котлеты сожгли, непорядок какой.

О том, что будет, когда они приедут, Дэн не думал. Ничего тут не придумаешь. Водоворот событий понес его, и единственное, на что сейчас можно рассчитывать, так это на то, что у него все-таки получится соблюсти тот самый принцип медицинской этики, о котором ему не так давно дисциплинированно докладывал интерн. Интересно, что бы посоветовал в этой ситуации Гиппократ? Впрочем, случай не медицинский.

Какой вот только? Как это называется, когда жизнь твоя опрокидывается и встает с ног на голову? И все в ней теперь не так? И больше всего боишься сделать еще хуже. И не себе — другим."

"Дорога пролетела как один миг. Незаметно. И вот он — Рубикон. Не перейти его шансов нет. На хороший исход — столько же их. Никита сам первый взял Дениса за руку, и Дэн запретил себе всякие бредовые мысли. Видимо, пришло время, когда его решения и воля не значат ничего и не имеют никакого значения.

Что будет, то будет.

— Пошли.

— Пошли домой, — деловито кивнул Никита, доставая из кармана «таблетку» домофона.

Дверь им открыла Изольда, и Денис ужаснулся внешнему виду заслуженной актрисы. Где алая помада и элегантная шляпка? Теперь из красного наличествовали только заплаканные глаза, а на голове вместо шляпки на седых кудрях торчали неряшливые клоки тусклых серых волос.

У таблеток от старости явно обратный эффект.

— Кто там?! — откуда-то из глубин квартиры раздался знакомый голос.