Так каково общее впечатление?

— Замечательное, — Оля посмотрела на своего визави. — Обмен опытом — это всегда очень полезно, к тому же интересно было узнать о региональных особенностях. Иногда мы получаем заказы с периферии, что-то делаем, не получается, не можем понять почему. А оказывается, мы просто не учитываем местные особенности.

Он слушал внимательно, неторопливо пил кофе, а потом задал следующий вопрос:

— Если мы повторим нечто подобное через год, какие вопросы, с вашей точки зрения, стоит включить в программу? Я имею в виду, что мы не охватили в этот раз?

— Ой, я так сразу и не скажу, — Оля немного смешалась.

 — Надо подумать.

— Подумайте, — согласился он и перешел на другую тему. — В последние годы ритм жизни стал настолько сумасшедшим, что не успеете оглянуться, как снова окажетесь здесь. Удается выкраивать свободное время?

— С трудом, — призналась Оля и через минуту с удивлением обнаружила себя рассказывающей о его нехватке, о том, что хочется просто сходить в кино и что снег за городом совсем не такой, как в Москве. За городом елки сказочные и сугробы настоящие.

А мужчина напротив пил кофе и, когда перерыв подошел к концу, положил перед Олей визитку:

— Мои координаты.

Когда определитесь с программой для следующего года.

Она протянула ему свою. Обмен визитками — неотъемлемая часть делового этикета.

Оля допивала кофе и провожала взглядом высокую фигуру. «Махаон», — мелькнуло в голове. И пусть он был вовсе не клиент, а даже наоборот — почти руководитель, это ничего не меняло. Тот самый редкий вид — воспитанность, безупречные манеры, уважение к собеседнику и что-то еще, неуловимое.

С «махаонами» по работе Оля пересекалась всего несколько раз, обычно они общались через уполномоченных сотрудников, и всегда, когда это случалось, чувствовала некоторую зачарованность.

«Махаоны» — это даже не определенный тип поведения, это класс.

Класс мужчины.

* * *Тосю уже давно пора брать в операционную, но Денис все тянул — перестраховывался, натаскивал в поликлинике. А теперь — самое время. Чем-то занять голову. Хоть чем-то. Чем угодно.

По первому разу в операционной в девяти из десяти случаев сразу ясно, получится из человека хирург или нет. В Малине хирург обнаружился, и это Дениса неожиданно сильно обрадовало.

Привязался к парню, чувствовал ответственность, да и гордость не давала спокойно жить: раз уж взял интерна, надо воспитать и выучить как следует. Получилось. Будет из Антона толк.

После операции Тосю было не унять и не заткнуть. Денис прекрасно понимал его чувства — свою первую операцию помнил так, будто была вчера. Но эта восторженность почти ощутимо колола в боку. Тот же детский восторг, что у Никиты, когда они ехали с пейнтбола. И тот же пиетет к хирургическому инструментарию.