А потом Денис показывал, как пользоваться зажимом на примере носка, а затем и сам Никита опробовал инструмент на всем содержимом бельевого ящика. Глаза у ребенка горели, и он постоянно спрашивал, правильно ли делает. Такой интерес к медицинскому инструментарию казался просто поразительным.

Впрочем, Дэн совершенно четко отдавал себе отчет, что дело не только в этом. Дело еще и в нем самом, Денисе. Мальчик тянулся к взрослому мужчине. Потому что мальчик мужского общества лишен. Не нарочно, так жизнь сложилась. На тетрадках, что веером лежали на письменном столе, значилась фамилия Зеленский.

Да уж, круто тебе пришлось с самого рождения, парень. Папаша твой даже фамилию свою не соизволил сыну дать. Насколько Никита осознавал все нюансы, связанные с его семьей, Денис не мог сказать. Но парнишка сообразительный и довольно чувствительный, понимает и подмечает многое. По поведению, по тому, как тянется к Денису, это заметно очень.

Поправляя движения детских пальцев и отвечая на сопутствующие вопросы, Дэн думал о том, что они чем-то схожи с этим мальчиком. У них обоих — только по одному родителю.

Хотя, с большой долей вероятности, отец Никиты где-то есть на этом свете, жив-здоров. Теоретически ребенок может с ним увидеться. А вот мама Дениса ушла туда, куда не достучаться. А с другой стороны, такая возможность у Никиты только номинальная, по факту же отцовского плеча мальчик лишен. А у Дениса есть детские воспоминания, конь с отломанным ухом и черный гранитный памятник, на котором портрет улыбающейся женщины с большими темными глазами. Если совсем припечет, можно прийти на кладбище и сказать ей то, что не скажешь никому. Такое в жизни Дэна было лишь раз, на четвертом курсе, когда только ей, маме и мог рассказать.

— Мы уже третий раз зовем, — в комнату заглянула Оля. — Чем вы тут таким страшно важным заняты?

— Мама, смотри, что я теперь умею!

Спустя десять минут они все же полным составом сидели за столом и ужинали.

Ужин оказался вкусным. Котлеты — привычного отличного качества, а на гарнир предлагались запеченные овощи. Кажется, Никита не слишком обрадовался такому обновлению меню, а Денис лишь покосился на Изольду. Стало быть, его отказ от риса в прошлый раз и слова о том, что не слишком жалует крупы, восприняты серьезно.

Специально для Дениса в этом доме уже готовят. Что ждет нас дальше и куда мы катимся? Денис решил не озадачиваться пока этими вопросами. А отдать должное вкусному домашнему ужину.

На который подтянулись еще желающие. Оля и Изольда переглянулись на звук звонка. И хозяйка квартиры отправилась открывать дверь, слегка поморщившись, когда вставала, — это Денис отметил автоматически.

— А я тут мимо ехал — и дай, думаю, загляну.