– Так, может быть…»

– Может быть, – спросил Щукин у старухи, – лепить скульптуры – это он дома занимался, а работал-то он в поликлинике?

Старуха пожала плечами. Она переминалась с ноги на ногу, нетерпеливо посматривая куда-то за плечо Щукину. Видно, ей уже надоело общаться с незваным гостем.

– Не знаю я, где он работал, – сказала она, – не помню… Ой! – вдруг вскрикнула она. – Опять началось! Опять!

– Вон там!! – закричала старуха, указывая коричневой лапкой на стену напротив нее.

Щукин обернулся, и в этот самый момент за его спиной с грохотом захлопнулась дверь.

Некоторое время он еще стоял перед закрывшейся дверью квартиры.

«Оригинальная манера завершать беседу, – подумал он и пошел вниз по лестнице. – Однако как же я забыть мог, что Студент мне в лагере пел о женской красоте. Вот про эту статую он и говорил. Что же он, совсем с ума двинулся – лепил их в таком диком количестве. А, ладно, не мое это дело. Самое главное, что я знаю теперь, где искать Студента. Но вот только где мне взять телку почище для этого Романа Гнилого? У меня в этом городе знакомых не так много. Да и к тем, которые есть, лучше не обращаться.

Никто ведь не знает, что я здесь. И лучше будет, если и не узнает. Но Танька! Я с ней только в этот приезд и познакомился. Она меня знает как Рустама, хотя это имя ей ничего не говорит… Черт, снова придется шрам на лбу малевать. Ну, ничего. Выдержу. Значит, к Таньке. Предложу ей денег. Скажу, что делать ничего не придется, только немного покривляться перед тем ублюдком – и все. Я же буду неподалеку. Да и слова о жене Гнилого – Варваре – не забыл. Этот Роман наверняка свою благоверную боится – так что можно на этом сыграть».

Щукин без труда отыскал дом, где жила Танька, поднялся на нужный этаж и позвонил в хорошо знакомую дверь. Несколько минут было совсем тихо. Щукин позвонил еще раз и посмотрел на свои часы.

Половина первого пополудни.

– Спит она, что ли, еще? – пробормотал он и позвонил снова.

На этот раз за дверью послышалось шлепанье босых ног и заспанный голос:

– Кого там еще черт несет?..

Николай улыбнулся, но промолчал. Щелкнул замок, и металлическая дверь приоткрылась. На пороге стояла розовая со сна Танька с взлохмаченными соломенными волосами, одетая только в полупрозрачную ночную рубашку.

Увидев Щукина, она прищурилась и начала было:

– А тебе какого хрена тут… – но потом осеклась, приглядевшись получше, и следующую фразу выговорила намного бодрее: – Рустам? А я-то тебя сразу не узнала. Чего это ты бороду сбрил?

– Жарко, – пояснил Щукин. – На курорт все-таки приехал. Отдыхать. Надо было раньше сбрить, да все времени не было… Впустишь меня?

На мгновение Щукину показалось, что Танька колеблется.