— А как ты хочешь?! — рычит мне в ответ и срывает с моих бедер брюки вместе трусиками, спуская их на коленки. Дергаюсь еще раз, пытаясь вырваться, но все бесполезно. Он хватает меня за волосы и вдавливает в кожаное сидение. Это мой муж… Артур. Мужчина, которого я знаю, и, чтобы ни случилось, как бы ни было больно, я его люблю. И не укладывается в голове, что он может причинить мне боль. Но, видимо, я совсем плохо его знала или не знала вовсе. Он только что избил ни в чем не повинного человека, а сейчас пытается меня изнасиловать. И мне становится страшно настолько, что тело сковывает. Страшно не от физической боли, а оттого, что если он сейчас так поступит, то морального меня убьет и окончательно нас уничтожит. А я так не хочу, чтобы он это делал, я хочу наивно лелеять надежду, что однажды боль пройдет, все изменится, и у нас еще будет совместно будущее.

— Артур, не надо. Отпусти! — всхлипываю и кусаю губы, но понимаю, что он не в себе и уже не слышит меня.

— Как он тебя трахал? Не так жестко?! — сам себя накручивает, а я молчу и прокусываю губы, когда он задирает мою водолазку, грубо отодвигает бюстгальтер и больно сжимает грудь.

Я не плачу, слез почему-то нет и страха тоже нет. Меня разрывает от душевной боли. Я зажмуриваю глаза, закусываю руку и молюсь про себя, чтобы что-то его остановило. Иначе мой мир окончательно рухнет.

— Как, где и сколько раз эта мразь к тебе прикасался?! — кричит, задыхаясь. И я на секунду испытываю удовлетворение оттого, что он сейчас испытывает ту же боль, что и я все это время. Ему больно от понимания, что ко мне кто-то прикасался. Только я внутренне горела в агонии, а Артур вымещает свою боль на мне. Пытаясь сейчас насилием присвоить меня заново. Но он не понимает, что секунду за секундой медленно вонзает в меня нож и прокручивает его, вынуждая внутренне кровоточить."

"Он хватает меня за бедра и грубо раздвигает коленом ноги. Слышу звук расстегивающейся ширинки и сильнее зажмуриваю глаза. Артур проводит пальцами по моим нижним губам и матерится сквозь зубы.

— С ним, небось, текла?! Такая счастливая, улыбалась ему!

Боже, мне на мгновение даже становится его жалко. Не умеет он по-другому выплескивать боль. Артур смачивает слюной пальцы и увлажняет меня. А я вздрагиваю, всхлипываю и сильно напрягаюсь в ожидании вторжения.

Приходит секунда, две, три, пять, десять, но ничего не происходит. Артур сильнее стискивает мои бедра, тяжело и хрипло дышит, будто задыхается. А потом неожиданно отпускает… Шуршание одежды, звук застегивающейся ширинки, его глубокий вдох, и он буквально вылетает из машины, со всей силы захлопывая дверь. А я продолжаю в оцепенении лежать полуголая в позе, в которую он меня поставил.

Вздрагиваю и прихожу в себя, когда машина содрогается вместе с глухим звуком.