— ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?! — не удержался здоровяк и подскочил к Маркусу, — КТО-ТО УМЕР?!

— Можно и так сказать, — скорбно отозвался босс и подрагивающими руками протянул перед собой окровавленную скорлупку.

— Как же так… — опустились руки у Альберта, — я ведь так долго…

— Знаю, — прошептал Маркус, обнял ссутулившегося здоровяка и похлопал по спине, — ну-ну.

Альберт и сам не ожидал, что эта новость его так заденет. Увидев вечно невозмутимого и непоколебимого босса таким подавленным, Маркус уже подумал самое страшное… о сестре… о квартале… а тут всего лишь яйцо!

Но тем не менее Ратнику было очень горько.

За эту неделю он отдал тому яйцу чуть ли не половину своей энергии! Альберт нарочно не признавался как затратно подпитывать инкубатор, чтобы Маркус не решил вдруг его продать… Альберт по ночам тренировался, тайно закупал энергетические кристаллы!

И все ради того, чтобы оттуда вылупился живой Сталь-Паук!

Будучи Ратником, Альберт не питал теплых чувств к портальным тварям, но так вышло, что именно это яйцо полюбилось его нелюдимой сестренке. После смерти семьи, последующего нападения на нее саму, тюрьмы и переезда в квартал, девочка совсем замкнулась, не выходила из покоев Альберта и ни с кем не общалась.

Только с яйцом. Те немногие свободные часы, что появлялись у Альберта, он проводил со своей сестрой, и они вместе заботились о яйце, и она даже дала ему имя, хоть и не призналась какое, чтобы не сглазить перед рождением.

Альберт дал слово его защитить и вот теперь…

— Как это произошло? — тихо спросил здоровяк.

Маркус виновато потер затылок и открыл капот внедорожника, после чего указал пальцем на отсек для энергетических кристаллов.

— Паучок вдруг вылупился… — вздохнул Маркус, — ему было плохо… он оказался при смерти… ну и залез туда, бедняга. Я до сих пор слышу этот душераздирающий скрежет, с которым Кайман сожрал его…

— Как же я расскажу об этом сестре… — обреченно опустил голову Альберт и вдруг замер, — погоди… я тоже что-то слышу… — не очень уверенно прошептал он, после чего прислонил ухо к еще работающему мотору и в его шлем что-то со звоном врезалось.

— ТВОЮ Ж МАТЬ!!! — подпрыгнул от неожиданности Альберт и только потом увидел, как из отсека на него смотрит довольная морда Сталь-Паука.

— Глеб, дебил, заглуши двигатель! Паук же умрет! — панически закричал Альберт.

На что Маркус с Глебом синхронно заржали, а здоровяк стоял и недоуменно хлопал глазами.

Маркус в мгновение ока изменился. Ушла вся скорбь и безнадега босса, которую Альберт ощущал всем телом, словно она была материальной!

Сейчас же тот улыбался своей обычной беззаботной улыбкой и извинительно развел руками.