Я скажу это один раз, и мы навсегда закроем тему.

Он подходит ко мне и хлопает по плечу.

Рука у него тяжелая.

— Баба твоя, шантажирует она тебя, но проблема общая. Если информация всплывет, я намотаю твои кишки на кулак, хотя будет поздно, ведь мы все окажемся в твоем говне.

Поэтому я скажу, как мы станем действовать. У тебя есть один вечер, чтобы разрулить вопрос. Если обосрешься, то я разберусь с вами оптом. И с той девкой, и с тобой.

Он посмеивается, а потом хмуро бросает:

— Тогда звони по нужному номеру и делай заказ. Пусть умный человек возьмется за…

— Ее дядя мент, — прерываю. — Градский.

Руслан не выглядит удивленным.

— Ты готов жениться на ней?

— Нет, я помню, что должен жениться на Свете.

— Тогда какие предложения?

— Не хочу дополнительных... осложнений, — мнусь как уеб*н. — Она племянница мента. И потом, неясно, где она хранит бумаги. Мне показала только часть копий. Вдруг после ее смерти все выплывет. А вдруг Градский с этим связан?

Я понимаю, что несу постную х*рню.

Я не хочу убивать Веронику.

Да, она гадина. И я не люблю ее. Мне насрать на эту тварь. Ну, может, не до конца насрать.

Я боюсь. Я уже убивал. Лично, голыми руками.

Но сейчас другой расклад.

— Ты должен учиться, мальчик, — хмыкает Руслан. — Думаешь, мы играем? Все серьезно. Ставка здесь не деньги, не наши жизни. Здесь дело власти, а там, где власть, нет места ничему больше. Никто не шантажирует нас. Никто и никогда. Это не прощается.

— Твой отец подставил семью. Но ты же не такой.

— Вот и не бзди попусту, — ухмыляется. — Если бы Градский знал про документы, если бы хоть один левый мент знал, нас бы уже имели вдоль и поперек. Твоя девка сама нарвалась на приключения. Где ты ее тр*хал?

— Да в разных местах, — кривлюсь.

— Может, она где чего услышала, может, ухватила пару бумажек. Может, это вообще не тот компромат, который мы искали. Так что избавься от нее. Будем решать вопросы по мере поступления.

Руслан не оставляет выбора.

Вы думаете, что я мажор и наслаждаюсь жизнью. Ни х*ра.

Вы думаете, что я натягиваю баб, затягиваюсь косяком и тусуюсь. Поеб*нь.

Я должен разгребать говно, я должен убивать, подписывать приговор.

Еб*ные легенды у вас в голове, а у меня реальная жизнь.

Как же срано внутри.

— А хочешь, потрахай ее напоследок, — улыбается Руслан. — Разрешаю.

Я не собираюсь никого трахать. Я прирастаю к толчку сразу после звонка тому мутному типу. Киллеру.

Я один в доме. Мать укатила в Дубай с новым пихарем.

Я блюю очень долго. Я хочу, чтобы это было от говенного косяка, но я знаю, что косяк был нормальный.

Мой отец мог кому угодно вставить паяльник в задницу, а я должен был просто позвонить и сделать заказ. Почти как с пиццей. Даже быстрее. Бл*ть.

Мой отец наеб*л собственную семью, срубил кучу бабла на подставах и собрал убойный компромат.