Маму она застала, и их разговор оказался продуктивным. Но вот папа… Как он отреагирует на новость дочери, и когда, наконец, уже закончится бойкот?

Когда хлопнула входная дверь, Саша встрепенулась. Она вся подобралась, стараясь заглушить звук собственного сердца. Вот такой парадокс – разволновалась не на шутку перед разговором с отцом.

Вадим Сергеев выглядел уставшим. Работа в ночную смену давалась нелегко. Он прошёл на кухню и поздоровался.

– Привет, Саша. Ты уже встала?

– Я не ложилась, пап. Сейчас завтрак тебе накрою.

Перед какао она приготовила горячие бутерброды, которые сейчас достала из духовки.

Отец сполоснул руки и лицо и сел за стол.

– Что случилось?

Всё же папочка её очень хорошо знал.

– Папа, с вами, с тобой и мамой хочет познакомиться один молодой человек.

На лице отца промелькнуло легкое удивление, и Саша не могла не обрадоваться, когда заметила, как смягчаются глаза любимого человека.

– У тебя роман?"

"Саше этот разговор напомнил давний, когда они вот так же сидели на кухне, правда, в квартире крестного, и она рассказывала, что её пригласили к морю. Саше даже начало казаться, что тогда она не столь сильно волновалась, как сейчас.

Или время притупило воспоминания? Тогда она не думала о своем будущем, жила каждый день, как последний. Сейчас многое изменилось.

– Папа, наши отношения с этим человеком очень непросты и запутаны.

Стоило ей произнести данное предложение, как лицо отца закаменело.

– Тааак…

Вадим отложил столовый прибор и более пристально посмотрел на дочь.

Только ей одной было известно, чего стоило выдержать взгляд отца. Саша сидела напротив, вцепившись пальцами в кружку с какао и старалась улыбаться. Взгляд отца глубокий, заглядывающий в самую душу.

С одной стороны, Саша радовалась, что отец не вспылил сразу, что он пытается разобраться и, возможно, понять её. С другой, она очень боялась его реакции. Вдруг встанет и уйдет? Между ними выросла стена, и Саше никак не удавалось пробиться через неё, как бы она ни старалась. Как только она ни ластилась к папочке, как ни пыталась задобрить его и объяснить, что же произошло перед её операцией. Она знала – он всё понимал, но не мог принять, что дочь пошла на обман, продала себя, и всё ради них. Отцам сложно принять жертву детей. Это они привыкли жертвовать.

По тому, как папа отреагировал, Саша поняла – он понял, о ком дальше пойдет речь. Нервно сглотнув, Саша продолжила:

– Папуль, пожалуйста, выслушай меня.

– Это ОН?

Отец говорил, не повышая голоса, но Саше казалось, что он внутренне кричит. Что ему больно, и он прикладывает все силы, чтобы не показать дочери свою боль.

Саша кивнула и сделала глоток какао.

– Да. Олег.

– И давно вы снова пересеклись?

– Сегодня ночью.

Саша поклялась себе, что больше не соврет родителям. Хватит.