– Я пытаюсь сохранить спокойствие таким образом, – честно призналась Саша. Зачем юлить?

– Эмоции бушуют?

– А ты как думаешь?

– Бушуют. Вижу по твоим глазам. Но стоит отдать тебе должное – ты держишься хорошо. У меня было подозрение, что ты вцепишься мне в лицо ноготками.

Пришла очередь Саши насмешливо хмыкать.

– Была у меня такая идея.

– И что остановило?

– Олег, – ей не хотелось и дальше пререкаться ни о чем. У неё возникли предположения, что он тоже нервничает, но она быстро откинула данную мысль. Человек, много лет проработавший под прикрытием, умел сохранять лицо при любых обстоятельствах.

Разговор с ней – для него сущий пустяк. – Зачем я тебе нужна? И фиктивный брак… Господи, кто у нас сейчас женится для фикции… И почему именно я?

– Я объяснил.

– Я не поняла.

Её раздирали самые противоречивые чувства, не позволяющие адекватно реагировать на происходящее. Он сказал, что она умная девочка… Лично Саша уже начинала сомневаться в своих умственных способностях. Была бы умной, послала бы его куда подальше, встала бы и ушла. Она же продолжала сидеть, словно зомбированная.

– Хочешь ещё большей конкретики? – взгляд Олега изменился, стал более глубоким.

Из него исчезла насмешливость, злость. На жалкое мгновение Саше даже показалось, что в темных глазах, которые сейчас, как никогда ранее виделись ей черными, промелькнула боль.

И отчего-то Саше стало страшно. Жутко до дрожи. Подобное выражение она ранее наблюдала у папы, когда он смотрел на неё, думая, что Саша ничего не замечает.

Боль сильного мужчины.

– Да.

Она должна знать. Понимать."

"Женская интуиция заставила её сидеть на месте, не срываться, не грубить, не скатиться до постыдной истерики.

Она подсказывала, что их разговор не просто встреча двух людей, между которыми сложились непростые отношения. Слишком много недоговоренностей.

– Я хочу стать отцом одному пацану. А мужчине-холостяку проблематично усыновить ребенка. Я мог бы подключить нужных людей и проволоку с документами решить за пару дней. Но… Не хочу. Хочу пойти правильным путем. Правильным, в моем понимании, не общепринятом. И да… Саша, я знаю про нашего не рожденного ребенка. Мне очень жаль.

Его слова оказались апокалипсическими.

Саша ожидала чего угодно.

Каких угодно слов.

И, как выяснилось, не была готова. Ни к чему.

Она медленно подняла руки и спрятала лицо в ладонях.

Она знала… знала, что рано или поздно, но ей придется держать ответ. Или не ответ, а осознание того, что она натворила по глупости, в отчаянии, в порыве, о котором даже не подумала.

На момент её прибытия в немецкую клинику, Саша оказалась беременна. Срок очень маленький. Врачи выяснили, когда делали анализы. Саше сообщили о прерванной беременности лишь перед выпиской.