– Джейк похлопывает по надгробию и садится напротив меня. Согнув ноги в коленях, он опускает на них локти. – Прошло столько лет, а я все еще немного боюсь вас и не могу запомнить ваше длинное имя.

– В ее имени нет ничего сложного.

– Доротея. – Он принимается загибать пальцы. – Мариана Валлес де Ривера. В наших песнях меньше слов, чем в ее имени.

– Кто бы говорил, ее имя хотя бы существует, мистер Последняя буква Севера.

– Ауч. – Джейк потирает грудь, но в голосе нет даже намека на обиду.

В последний раз мы были здесь вдвоем, когда нам было по двенадцать лет. Наши матери не разрешали уходить далеко от дома, но я хотела рассказать бабушке, что мой лучший друг скоро переедет. Джейк предложил сбежать, что мы и сделали, а потом получили строгий выговор от родителей.

Я только сейчас понимаю, что хотела выговориться, но не знаю, могу ли снова делать это при Джейке. Это неловко, словно раздеться перед незнакомцем или опять позировать для фото.

– Пойду прогуляюсь, – говорит Джейк, указывая большим пальцем на надгробие бабушки. – Буквально чувствую, как она сверлит меня недовольным взглядом с того света. Я никогда ей не нравился, хотя благодаря ей я хорошо освоил испанский язык.

Рассмеявшись, я качаю головой.

– Это неправда, она любила тебя. И ты можешь остаться. Я просто хотела порассуждать вслух о том, что мне делать дальше. – Опустив голову, я провожу пальцами по траве. – Мама предложила поменять школу. И я не уверена, что это хорошая идея, но вдруг я ошибаюсь?

Я поднимаю подбородок. Джейк пристально смотрит на меня, его челюсть напряжена так сильно, что начинает казаться, что он злится.

– Как думаешь? – спрашиваю я, глядя в его глаза.

– Чего хочешь ты сама, Микаэла?

– Хочу услышать твое мнение.

– Нет. – Невесело усмехнувшись, он проводит пальцами по волосам, роняя на лоб несколько прядей. – Я не смогу быть объективным.

– Я об этом и не прошу.

Закусив колечко в губе, Джейк какое-то время смотрит вдаль. В его голове словно происходит борьба мыслей, потому что он то и дело коротко покачивает головой.

– Хорошо. Думаю, что это плохая идея. Меня злит сама мысль об этом. И дело не в тебе, я злюсь на себя. Злюсь, потому что не был рядом и не защитил.

– Ты был рядом с мамой.

– Речь не о вчерашнем дне, Микаэла, я говорю о последних годах. Все вышло бы иначе, не будь я идиотом и трусом.

– Ты не мог пресечь издевки, Джейк. И я благодарна тебе за то, что ты никогда не переходил на личности и затыкал других, если была возможность. Но ты не можешь нести ответственность за поведение всех учащихся, понимаешь? Я обижалась потому, что ты резко оборвал дружбу, сделав вид, что меня никогда не существовало. А не потому, что ты не набил морды всем, кто поступал со мной плохо.