Мои нынешние навыки ни в какое сравнение не годились со способностями архимага, но там я потратил на обучение девяносто лет, а тут только начал… К тому же пока я пришёл ко всем этим знаниям, пока додумался, тоже немало времени ушло. Здесь же я стартую уже с готовым багажом опыта и знаю, как можно делать, а как нельзя, так что процесс пойдёт быстрее.

Уровней могло быть бесконечное множество, но для этого нужно иметь твёрдую ментальность — иначе есть риск застрять и действительно тронуться умом. Потому я и развивал копии сознания, чтобы перепоручить им рутинные задачи, а самому сосредоточиться на важном.

Для меня сложнейшей преградой стал пятый уровень — дальше заглянуть не получилось, но и этого никто достигнуть не смог, максимум — третий. И то это мой ученик Валлард. Ему ещё предстоит долгий путь…

«Я буду по тебе скучать, друг», — с грустью подумал я о достойнейшем правителе.

Дверь отворилась, и вошёл Семён.

— О, проснулись, барин, а я с гостинцами, — улыбаясь, громко прокряхтел старик.

В этот раз, помимо первого, он смог урвать пяток сырников. Да таких, что таяли во рту. Чудо, а не еда.

— Зиновье подмог с вёдрами, вот и поделилась, — похвастался дед, непроизвольно щупая себя за бицепс.

— Я ж говорю — лев, — одобрительно кивнул я, уминая красный борщ.

До конца наказания оставалось ещё три дня, и за это время я должен подготовиться к любым неожиданностям, но в открытую заявляться здравомыслящим не собирался — нужно добыть побольше информации.

— А книжка, что же — не трогали, вашбродие? — поинтересовался Семён, чтобы перевести тему, дюже он горд был собой и смущался.

«Святая простота», — вздохнул я и перевёл взгляд туда, куда он показывал.

— Ах, это, извини, что-то не заметил в темноте, отличная работа, что тут у нас?

— Молитвослов, — с придыханием ответил дед.

— В смысле? — я убрал в сторону ложку и быстро пролистал страницы со знакомыми буквами, складывающимися в какие-то полустихи-полупоговорки. — Магия? — деловито переспросил его.

— Да вы что, барин? — в глазах деда мелькнул испуг. — Это же, ну, Бог, — он уважительно воздел палец к небу.

Я уже понял, что эта суеверная книжица ничего, кроме восхваляющих или просящих стишков, предложить не может, так что отдал её крепостному назад.

— Молодец, Семён, но будем честны, я пока не в состоянии объять умом такую мудрость, мне бы что полегче, а? Может, захудалый какой-нибудь учебничек магии завалялся, а? Поищешь? Уважь барина.

Старик погладил задумчиво бороду и, наконец, кивнул.

— Хорошо, кажется, у Глашки младшенький, как в училище отправился, оставил одну книженцию. Попробую выпросить, но просто так она не отдаст…

— А сколько еë сыну лет? — поинтересовался я, снова возвращаясь к трапезе.

— Второй десяток пошёл уже, ещё учится.