Не могу сказать, что Петров-Скорин произвел на меня столь благоприятное впечатление, хотя у меня и не возникло подозрения, что он агент ВЧК, но выбора не было.

После успешно закончившихся переговоров с Д. И. Толстым, когда мне потребовалось задержаться еще на некоторое время в Киеве, я решил отправить Петрова-Скорина в Москву. Оттуда ему с помощью Дубоноса и Усатовой надлежало перевезти хранившийся там на Большой Дмитровке антиквариат в Петербург и доставить его в Успенский двор, где, как я уже писал, находились ранее приобретенные Карабашевым предметы искусства. Все это предполагалось с помощью Федулина и его людей переправить за границу в первую очередь, а затем уже готовить к отправке собрания князей Юсуповых.

Когда я узнал об изъятии чекистами из тайных кладовых Эрмитажа картин графини Паниной и других частных коллекций, принятых на хранение Д. И. Толстым, я, разумеется, огорчился. Но это меня, к сожалению, не насторожило.

Я никак не мог предположить, что это часть разработанной вами операции...»

Таинственно исчезнувшие из дворца Юсуповых коллекции были обнаружены... в том же дворце, в его замурованных потайных помещениях, которые со скрупулезной точностью были обозначены на плане, изъятом у Ковильяна-Корзухина при обыске. Первый тайник находился в длинном облицованном изразцами коридоре, где в стене под толстым слоем штукатурки и кирпичной кладки чекисты обнаружили металлическую дверь, ведущую в темное помещение с низким потолком. Здесь хранились серебряные и золотые вещи, в том числе золотой обеденный сервиз художественной работы на 120 персон. В других тайниках были картины, скульптуры, коллекция старинных музыкальных инструментов, включавшая в себя уникальные скрипки; гобелены, ковры, первопечатные книги, древние грамоты, рукописи выдающихся деятелей культуры, в том числе рукописи Пушкина...

Пожалуй, Карабашев поскупился, оценив коллекции князей Юсуповых всего в 30 миллионов золотых рублей. Они стоили значительно дороже. Если, конечно, вообще можно было в деньгах измерить их стоимость. Ведь национальные сокровища цены не имеют, на то они и сокровища.

Краткий список изъятого из тайников дворца Юсуповых занял 15 толстых конторских книг.

Отодвинув их в сторону, Яковлева поздравила Ярового с завершением операции «Перстень Люцифера» и спросила, отправлено ли письмо в Стокгольм.

— Какое письмо? — удивился Яровой.

— Письмо товарища Решетняка или его жены Водовозову. Не отвечать на письма невежливо, а на письма такого рода — просто непорядочно. Так что вы, пожалуйста, позаботьтесь.

Яровой пообещал проявить заботу и попросить жену Решетняка ответить на полученное из Стокгольма письмо.

— Пусть сообщит о завершении операции «Перстень Люцифера».