Надеюсь, так и останется.

Вот тут Иосиф Виссарионович удивился. И поинтересовался, что мне вспомнилось. Ну я ему и рассказал — про елку, на которую попал в качестве подарка.

— Хороший праздник, — сказал я, но не особо громко, чтобы меня не услышал никто, кроме Сталина. — Жаль, что отменили.

— Это религиозный праздник, — нахмурился Иосиф Виссарионович. — Товарищ Огнев, вы верующий?

— Нет, — даже удивился я такому вопросу. — Но когда праздник религиозным стал? Просто радуемся смене года. Я вот в этот день вспоминаю, что хорошего было в прошлом году.

Какие ошибки я допустил, чтобы их не повторить в новом году. Планы на новый год составляю. Что же в этом плохого?

Сталин не ответил, так как мы проходили мимо делегатов съезда и с нами стали здороваться. А после вопрос замялся сам собой — не до него нам стало. Но генсек о нашем разговоре не забыл. Но об этом я узнал уже гораздо позже.

Собирался народ долго. В итоге был заполнен весь зал, а как я узнал у стенографистки — делегатов прибыло больше двух тысяч человек! Со всей страны люди в Москву приехали, чтобы представить трудящихся своих областей и республик.

Первым докладчиком Съезда был сам товарищ Сталин. Он представил политический отчет. Говорил про ход первой пятилетки. Рассказал про коллективизацию, тут же вызвав к трибуне меня. Хорошо что я и правда просто зачитал подготовленную кем-то речь. Хоть тут никаких неожиданностей. Затем генсек прошелся и по другим проблемам и задачам — про индустриализацию говорил. Создание угольно-металлургической базы на востоке страны. Я уж подумал он про дальний восток, но Сталин имел в виду кузнецкий угольный бассейн и Урал.

Про повышение производительности труда и квалификации рабочих не забыл. Пообещал завтра про снабжение и кредитное дело в стране рассказать.

Мне же было откровенно скучно. Хотя делегаты слушали его внимательно, и даже аплодировали иногда.

Под конец дня я был морально вымотан, хотя физически ничего не делал. И занятие в секции пропустил — это было особенно обидно. Однако на этом мои мучения не закончились. Теперь каждый день на протяжении всей работы Съезда за мной заезжал Савинков, затем мы ехали за товарищем Сталиным и вместе отправлялись в Дом Союзов.

Где я был вынужден сидеть со всеми и слушать… Сначала самого Иосифа Виссарионовича. Через два дня его сменил Каганович с организационным отчетом. Затем доклад Владимирского по работе центральной ревизионной комиссии. Его сменил Орджоникидзе — председатель контрольной комиссии. Молотов, Куйбышев, Яковлев… Последний отчитывался по сельскому хозяйству. Тут снова меня вклинили в его доклад, где я уже зачитывал речь про расширение заводов производства консерв.