Он не сжимает пальцами, не лишает меня дыхания, а нежно поглаживает большим пальцем в месте, где бьется пульс. Как ни странно, меня это успокаивает. — Научись оборачивать неизбежное в свою пользу, Елизавета.

Убирает ладонь с моей шеи, опускает руки на плечи, начиная аккуратно их разминать, массирует затылок, нажимая на точки, и становится немного легче. Прикрываю глаза, пытаясь справиться с собой.

— Сегодня ты главная героиня на нашем празднике. Да, на тебя будут смотреть и оценивать, но ты должна быть выше всех, преподнося себя с достоинством. Сегодня ты станешь Калининой, — запускает ладонь в мои волосы, массируя голову. — Жизнь, определенно, изменится. Но это не плохо. Это просто новый неизбежный этап.

Отпускает меня. Вынимает из кармана телефон и набирает чей-то номер, продолжая смотреть на меня в зеркало.

— Мирон, привези сюда подругу Елизаветы… — вопросительно выгибает брови.

— Вера, — шепотом подсказываю.

— Веру. Прямо сейчас, — сбрасывает звонок. — Я удовлетворил твои желания?

— Будь сегодня умницей, — наклоняется, целует меня в волосы и уходит.

Вера приезжает через полчаса, когда мне уже нанесли макияж и приступили к прическе. Она просто сидит рядом и болтает без умолку, рассказывая ерунду, иногда указывая стилисту, как будет лучше, на что тот закатывает глаза, и я впервые за день улыбаюсь.

Волнение отпустило. Мне нравится свое отражение в зеркале, естественный макияж, румянец на щеках и то, как подчеркнули глаза. Мне нравится прическа с переплетением локонов и жемчужинами в волосах. Но волнение возвращается, как только на меня надевают платье и фату, которую закрепляют серебряным гребнем. Платье такое белоснежное, красивое и чистое. В таком нужно отдавать себя мужчине раз и навсегда. Отдаться по любви…

— Лизка! — Вера закрывает рот рукой. — Ты… — подбирает слова. — Ты шикарная. Очень красиво.

Дышу, киваю. Это не я, это работа визажиста и нашего организатора. А я девочка с растрёпанными волосами, в простом сарафане, стою где-то в поле с ромашками. Так я себя чувствую. А это все очень дорого для меня, не по силам.

Мы с Романом едем к месту регистрации по отдельности. Всю дорогу я сжимаю руку подруги, не выпуская, пытаясь найти в себе силы перенести этот день. Я думала, что успею обнять маму, прежде чем стану Калининой. Но все было организованно так, что я приехала именно к церемонии и присутствующие ждут только меня.

Злата снимает с меня шубу, отправляет Веру в зал, вручает букет, суетится, поправляя платье, и сама волнуется так, будто тоже выходит замуж. А мне кажется, я не просто переживаю, я уже не чувствую тела. Оно ватное.

— Вы сейчас выходите и медленно под музыку идёте к арке, где ждет ваш будущий супруг, — сообщает мне Злата.

— Можно мне воды? — хриплю я.