– Бедный ты мой…

Лапик, упираясь передними лапами в ее колени, тянулся мордой. Его тело извивалось от горя и любви. Из глаз текли слезы, оставляя на морде блестящие дорожки.

– Ну что ты, дурачок, – шептала Юлия, трепля загривок собачки, – успокойся, ну же… успокойся, маленький… Все будет хорошо!

Она вернулась в спальню. Села на кровать. Лапик тоже запрыгнул и улегся рядом. «Что же нам делать?» – спросила Юлия. Лапик шумно вздохнул.

Вдруг Юлии показалось, что она услышала снизу звук захлопнувшейся входной двери. Кто-то пришел или, наоборот, ушел из дома. Она подошла к окну.

Светлая синева была разлита в природе. Снегопад прекратился. На небе зажглась первая звезда, маленькая и далекая, сжавшаяся от холода. Юлия почувствовала страстное желание вдохнуть обжигающе холодный свежий воздух. Она протянула руку к металлической оконной ручке и замерла, увидев, как медленно поползла кверху дверь гаража и оттуда выезжает машина – ее голубая «Тойота». Юлия вцепилась руками в подоконник. Ей показалось, что она падает. У Алекса своя машина. Тамара? Она вспомнила, как хлопнула входная дверь. Тамара! Тамара взяла ее машину, даже не спросив разрешения. Как она посмела? А может, Алекс разрешил ей? Как они оба посмели?

Юлия улеглась в постель и с головой накрылась одеялом. Ее била дрожь. Сознание прояснилось, и она почувствовала безнадежность и страх. Нужно немедленно позвонить и сказать… Кому? Она стала перебирать мысленно всех своих знакомых… Ирке? Нет, ей звонить она не будет. Лешке Добродееву? Она представила, как он снимет трубку, закричит раскатистым басом: «Юлька, ты? Ты почему не забрала книжки?»

– Лешенька, – скажет она ему, – Лешенька, спаси меня! Меня хотят убить!

Он решит, что она сошла с ума.

А может, она действительно сошла с ума? Выдумала все про порошок… А почему же ей так плохо? Лиза Игнатьевна ушла… Ирка предала ее. Ирка… Тамара с ее сильными руками… Тамара и Алекс! Тамара и Алекс! Может, и это ей тоже показалось? Тамара обнимала плечи Алекса… Красные царапины на его коже… Юлия заплакала…

Она так и уснула в слезах. Лапик дремал рядом. Наступила ночь, и посыпал твердый снег, похожий на крупу. Юлия слышала сквозь сон дробные удары снежинок в окно, и ей казалось, что спальня, дом и вся Земля дрожат мелкой лихорадочной дрожью…

…Внизу, в кухне сидели за столом Алекс и Тамара.

Перед ними на тарелках лежала нетронутая еда. Оба молчали.

– Поешь, – сказала Тамара, – посмотри, на кого ты стал похож.

– Не хочу, – ответил Алекс.

– И она не хочет! Просто не знаю, что с вами обоими делать! – попыталась она пошутить, но шутка получилась невеселая.

– Все так же. Ты знаешь, она, по-моему, ненавидит меня.

– Правда. Кажется, она видела нас… Мне страшно, Алекс. Что дальше? И до каких пор?

– Не выдумывай.