Это мы правильно сделали, что разместили снайперскую пару на чердаке той усадьбы — в противном случае сидели бы сейчас, как те дурни на ярмарке и торговали лицом...

Дед впустил Рашида и стал о чём-то говорить с ним. Я припал к прицелу «ВАЛа», пытаясь рассмотреть выражение его лица, — ветки кустов мешали, не давая сосредоточиться...

Озабоченное лицо Рашида вдруг окаменело. Спустя секунду я увидел причину такой реакции: с крыльца во двор шагнул гот самый «объект», которого до сего момента мы не видели по техническим причинам.

«Объект» был вовсе не курчав, коротко пострижен и без бороды.

Четырёхкратный прицел — не бог весть какая оптика, но и её хватило, чтобы рассмотреть: за спиной «объект» прячет пистолет с глушителем.

— Шестой — объект твой, — торопливо пробормотал Петрушин. — Мы — никак...

Мы — вне параметров боевой задачи, потому что дед и Рашид у нас на линии огня. Можно, конечно, попробовать, но имеется риск, что кто-нибудь из них пострадает.

— Принято, — ответила Лиза. — Может, и не надо будет...

Рашид вдруг оттолкнул деда и бросился к тому, кто сошёл с крыльца. «Объект» мгновенно вытащил руку с пистолетом из-за спины и направил ствол в сторону Рашида.

Тюк! — негромко шлёпнуло с чердака, где засели Лиза с Костей. «Объект» плеснул кровяным фонтанчиком из правого виска и рухнул наземь.

— Вот же непруха! — горестно взрыднул Петрушин, вскакивая и устремляясь вперёд. — На хера его вообще с собой взяли?!

— Первый, возьмите двор, — бросил я на бегу в рацию. — Мы — в дом.

— Понял, — ответил Иванов. — Что — наповал?

— Судя по всему — да...

Пятьдесят метров мы проскочили за шесть секунд, и, дыша друг другу в затылок, в колонну по одному ввалились в дом, даже не удосужившись позаботиться о принятых в таких случаях мерах личной безопасности.

Некогда было. Мало ли что там у них: пульт, пояс, контакты, надо быстрее, пока не сообразили, что к чему...

В доме были бабуся и какой-то член — тоже отнюдь не курчавый, который сидел за столом и пялился в раскрытый ноутбук. Члена мгновенно смели на пол и корректно обездвижили петрушинским кулачищем — он даже удивиться не успел. Ломанулись по соседним комнатам — никого.

— Ещё есть кто? — спросил бабусю Петрушин, бегло обшарив члена и надев на него наручники.

— Нет, их два, — вопреки обыкновению, бабуся наше внезапное вторжение восприняла философски и вопить не стала.

— А девчонка где? — вкрадчиво поинтересовался я, подходя к столу и рассматривая ноутбук.

— Утром уехал, — сообщила бабка. — Ещё два с ней был. Сабсэм недавно, может, час назад, может, меньше...

— Живые есть? — с ходу поинтересовался ворвавшийся с улицы Иванов.

— Есть! — горделиво подбоченился Петрушин, кивнув в сторону вяло шевелившегося на полу члена.