— Мы же договорились — не заходить за рамки. Никаких совместных прогулок и поездок. Ты проводишь время с дочерью, а не со мной, помнишь?

— Да-да, я все помню, — выставил он ладонь. — Но… у меня одна просьба. Всего одна маленькая просьба, Алис, — сказал он, глядя на меня не моргая. — Когда вернешься, не откажи мне в этой поездке, ладно?

Лицо у него такое озабоченное, словно поездка, о которой он говорит, слишком много значит для него.

Но для меня она не значит абсолютно ничего. Я по-прежнему стараюсь держать его на расстоянии и не подпускать близко.

— Артем, если ты хочешь делать сюрпризы для дочки — пожалуйста, сколько угодно. Но… у меня есть человек, который делает мне приятное и мне вполне хватает его внимания, — вздохнула я и добавила: — Я наберу тебя, как вернемся в город.

Попрощавшись с ним, я вернулась в квартиру и принялась кормить Софу обедом.

Романов в последнее время совсем не похож на себя. Не пойму: то ли он действительно изменился и научился сдерживать свой пыл, то ли на него так повлиял тот разговор и теперь он боится, что я не подпущу его к дочери?..

После той потасовки с Кириллом я провела с ним о-очень серьезную беседу.

Объяснила на пальцах, что если он желает видеться с Софой, то ему придется соблюдать ряд правил.

Первое: никаких разборок и драк.

Второе: все встречи (пока Софа маленькая) будут проходить только в моем присутствии.

Третье: он должен зарубить себе на носу, что отныне нас связывает только дочь. У него — своя жизнь, у меня — своя, и он в нее не лезет!

Он согласился на все мои условия, но… Романов был бы не Романовым, если б не делал попыток поговорить со мной о той ситуации с Машей и обо всем, что он осознал за это время.

Я же в свою очередь старалась тут же пресекать подобные разговоры. Его раскаяния и извинения ничего не решат — пустая болтовня.

Да, я не слепая и замечаю, как он смотрит на меня. Вижу сколько тоски в его взгляде, и сколько боли. Артем выглядит точно так же, каким был после смерти отца. Он стал суше, глаза впалые, взгляд словно безжизненный.

Не нужно никаких слов о том, что он сожалеет обо всем, что с нами произошло — все написано на его лице, это слышно в его надломленном голосе, это видно в каждом его взгляде, обращенном ко мне.

И только с Софой он становится совсем другим, оживает рядом с ней, что ли…

Он приезжает к ней по три-четыре раза в неделю, и, как правило, проводит с ней пару часов в комнате.

Надо признать, они отлично ладят. Когда Артем с ней, из комнаты только и слышен радостный визг и смех дочери, там постоянно гремят игрушки, играет музыка.

Кирилл всегда заранее знает, когда он приедет и старается в этот момент быть дома — слишком ревностно относится к появлению моего бывшего мужа. Аж краснеет от ярости, когда Артем находится в соседней комнате с Софой.