И это наполняло ее душу трепетом, заставляя нервничать по поводу того, что должно было произойти. Тринити казалось, что ей было намного проще общаться с Бруксом, когда она ненавидела его. Теперь же, когда ее чувства сменились диаметрально противоположными, девушка ощутила некоторую скованность и очень боялась выглядеть в присутствии Джонатана косноязычной.

Надо было начинать собираться. Трини выключила плеер, сняла наушники и отложила их в сторону вместе с самим устройством...

Она долго думала, что же надеть. И наконец остановила свой выбор на черном атласном платье с глубоким вырезом, идеально сидящем на ее стройной фигуре.

В качестве украшения Трини задумала использовать подвеску с большим темно-зеленым камнем, идеально сочетающуюся с ее изумрудными глазами. Волосы собрала на затылке и заколола. И все равно, несколько непослушных прядок спустя непродолжительное время выбились из прически. Трини вздохнула. Все как всегда. Она даже не может сделать идеальную прическу, потому что не любит пользоваться специальными средствами для укладки, предоставляя своим огненным локонам полную свободу. И вот результат... Но переделывать прическу не хотелось, и девушка решила оставить все, как есть. Она вдела в уши серьги с крупным зеленым камнем, точно таким же, который красовался на подвеске, и поняла, что большего сделать уже не сможет... Ее туалет выглядел полностью завершенным.

Раздался звонок. В последний раз придирчиво осмотрев в зеркале свое отражение, Трини стала спускаться вниз, где ее с цветами ожидал Джонатан...

Она волновалась. Наверное, из-за этого немного перебрала. А возможно, просто вино было очень изысканным, и Трини никак не могла успокоиться, смакуя его и не замечая, как один наполненный бокал сменяется другим.

Ужин был великолепен. Как и сам недавно открывшийся клуб, куда пригласил ее Джонатан. Под ресторан здесь был отведен небольшой зал, где они и расположились сначала. Тут было тихо и спокойно. Умиротворяющая музыка лилась из искусно скрытых в обшивке стен динамиков.

– По-моему, я где-то потеряла свой стоп-кран, – со смешком заметила девушка, чувствуя себя на удивление легко и свободно.

Напряжение, до этого неотступно преследовавшее ее, отступило, словно его и не было. И Трини получала от вечера истинное удовольствие.

– Ты даже не представляешь, как меня радует это известие, – вкрадчиво произнес Брукс, поглаживая ее руку.

Легкая дрожь пробежала по ее телу, вызывая мурашки, словно прохладный ветерок вдруг ворвался в закрытое пространство зала и пронесся по разгоряченной коже. Трини подняла на Джонатана затуманенный взор. И увидела то, о чем и так догадывалась.