Когда девочка уже мирно сопела, граф наклонился и поцеловал малышку в щеку, улыбнулся, отложив книгу, и посмотрел на меня.

— Спасибо, — прошептали его губы, и он встал, подхватив трость.

За что он меня поблагодарил, я не поняла и тоже поднялась с кровати. Мы вместе покинули детскую, предварительно потушив керосиновую лампу.

В полумрачном коридоре догорали свечи в настенных канделябрах, и запах тлеющих фитилей заполнял узкое пространство.

— Софья, — муж вдруг оказался так близко, что ещё одно движение, и я окажусь прижатой к его широкой груди, — когда я увидел несущегося прямо на вас Агата, у меня вся жизнь перед глазами пролетела.

Если бы что-то случилось с Машей или с вами, не знаю, как бы я это пережил. С моих глаз словно пелена спала…

— Я рада, что всё обошлось, — несмело произнесла, чувствуя головокружительный запах полыни от сюртука мужа. — Знайте, вы очень нужны Машеньке. Это большая ошибка думать, что ребёнка можно изнежить, проявляя любовь и заботу. Наоборот, если не показывать своих искренних чувств, девочка может вырасти замкнутой и несчастной, что в дальнейшем скажется на её судьбе. Я же вижу, что вы любите дочь, пусть она тоже это увидит.

— Спасибо, Софья, — вкрадчиво прошептал граф, и его рука вдруг оказалась на моём плече, двигаясь вверх. От этого жеста у меня сердце пустилось в галоп. — Благодаря вам я понял свою ошибку. Я действительно люблю Мари, она моя дочь, и мне небезразлична её жизнь… и вы тоже…

Его пальцы коснулись моей щеки, а я забыла как дышать. Граф был так близко, что на моей щеке ощущалось его обжигающее дыхание. Я невольно провела языком по пересохшим губам. Это жест был последней каплей, что разделяла нас. Губы мужа несмело коснулись моих, и я робко ответила на поцелуй, не веря, что делаю это.

Воздуха категорически не хватало, длинные пальцы нежно ласкали мою шею, но вдруг муж резко отстранился, тяжело дыша, посмотрел на меня и сухо произнёс:

— Вам пора отдыхать, у вас был тяжёлый день. Спокойной ночи, Софья Андриановна. — Развернулся и пошёл по лестнице вниз.

Меня словно обухом по голове ударили. Ничего не понимая, я молча наблюдала за тем, как граф не спеша спускается в вестибюль. Он явно не собирался ложиться спать. Что это было вообще? Зачем целовал меня?

В смешанных чувствах я пошла к себе в комнату.

Настасья уже ждала меня, чтобы помочь приготовиться ко сну. Сегодня она была на удивление молчаливой. Наверное, недавнее событие на всех повлияло особым образом, а может, чувствовала, что я не желаю слушать её трескотню.

Я долго не могла уснуть. Столько событий за один день, что в голове не укладывается, особенно поступок мужа. Мне до сих пор мерещился вкус его губ. Этот поцелуй был совсем не таким, как на венчании, — нежный и чувственный, от которого колени подгибались.