Уютнее, чем в той комнате, где я очнулась в первый день пребывания в этом доме.

Две незнакомые горничные, молодые женщины в форменных платьях, быстро раскладывали мою одежду в отдельной гардеробной комнате.

— Здравствуйте, Софья Андриановна, — обе сразу склонили головы, как только увидели меня. Старшая продолжила: — Барин нас вызвал из Ильинского вам в услужение. Я Агафья, буду вашей личной горничной. Это Настасья, моя младшая сестра, она станет помогать вашей матушке.

— Спасибо, — сконфузилась я. Вот так раз! У меня будет личная прислуга?

— Мы так рады, что барин наконец-то женится, — вдруг выпалила младшая, не скрывая улыбки.

— Все в Ильинском ждут вашего приезда.

А вот мне ехать в имение Зотовых, где живёт Андрей со своей женой, что-то совсем не хотелось. Но не успела я ответить, как с улицы донеслось грозное: «Вуф! Вуф!»

Глава 14. Подготовка

— Ой! — сжались горничные от страха. — Это же Гор! Его выпустили из вольера?

— Нет, он опять сбежал! — ахнула Маша и бросилась к окну. — Вот проказник!

— Вуф, — спокойно ответил ей пёс."

"Я подошла к девочке и выглянула в сад через открытое окно.

Наглая мохнатая морда уставилась на меня с немым вопросом: «Ты где пропадала?» Я невольно улыбнулась.

— Гор! Место! — из кустов вылетел Ефим, держа в руках поводок. — Бес ты окаянный!

Но, увидев нас в окне, тут же приосанился и поклонился.

— Простите, барышня, если он напугал вас, — виновато произнёс мужик. — Опять ведь подкоп сделал!

— Ничего, он же не достанет до нас, — посмотрела я на довольную морду пса. Тот сразу завилял хвостом.

— Гораций, место! — Ефим снова попытался словесно достучаться до меделяна, но тот и ухом не повёл и всё смотрел на меня счастливыми глазами.

Тогда слуга, видя, что Гор не проявляет агрессии, сделал попытку прицепить поводок к ошейнику, но пёс неожиданно грозно зарычал, клацнув зубами в паре сантиметров от руки мужчины.

— Ах ты, чертяка! — Ефим отскочил от животного, ругаясь. — Пойду барина позову, может, он его послушает.

Сплюнув на землю от досады, слуга поплёлся из сада.

— Гораций, ай-яй-яй, — покачала я головой, пригрозив пальцем псу, — разве можно так народ пугать? Посмотри, как все трясутся от одного твоего грозного вида.

Так с тобой никто дружить не будет.

Меделян склонил голову набок, внимательно слушая меня, отчего выражение его морды стало таким милым, что даже Маша удивилась и засмеялась.

— Быстро пошёл на место, а то я тебя в Дивное не возьму. Останешься тут куковать один, — продолжала я уговаривать пса. Гораций вскинул морду кверху, заскулил, перетаптываясь на месте, а потом, опустив голову и хвост, поплёлся по дорожке в сторону вольера.

— Вот молодец, — похвалила я собаку.