Мы уже отмечали сходство между Великим Деланием алхимиков и строительством Храма, которое следует понимать не столько буквально, сколько символически; здесь же мы хотим высказать несколько замечаний, относящихся прежде всего к исторической подоплеке этого сходства различных по своему происхождению символов. Символика Храма непосредственно связана с различными символами Центра Мира; в традиции древних евреев Центр Мира имеет свое подобие в человеческом мире, пребывая в нем как Шехина, «реальное присутствие Божества». Для древних евреев этим местом пребывания Шехины была скиния, которая с самого начала, когда евреи еще были кочевым народом, не могла находиться в какой-либо определенной точке пространства; духовный центр кочевого народа должен был перемещаться вместе с ним.

Место пребывания Шехины стало постоянным лишь в тот день, когда завершилось строительство Храма, для которого еще Давид заготовил золото, серебро и все остальное, что позже Соломон использовал для завершения труда. Священная скиния Иеговы, место пребывания Шехины, представляет собой святая святых, центр Храма, тогда как последний является центром Иерусалима, а Иерусалим в свою очередь является центром Израиля, который в свою очередь есть центр мира.

Чтобы понять сущность данного вопроса, необходимо провести различие между теми людьми, которые должны охранять и передавать традицию, и теми, кто в том или ином виде допускается к тому содержанию, которое таким образом передается. Первые находятся у источника традиции, который и есть истинный Центр Мира; отсюда распространяется учение и распределяется в соответствии с различными ступенями инициации, подобно тому как реки земного рая текут из единого источника.

«Хранители» находятся на границе духовного центра, и с этой точки зрения они выполняют сразу две задачи: с одной стороны, они являются защитниками Высшего Центра и запрещают доступ к нему для недостойных, с другой стороны, они же поддерживают определенные связи с внешним миром.

Роль защитника очевидным образом равнозначна той, которую в традиции индуизма играют кшатрии; любая рыцарская инициация, в сущности, предназначена для людей, принадлежащих к касте воинов, то есть кшатриев.

Отсюда особенности этого вида инициации, его специфическая символика, в которой одно из самых важных мест занимает элемент, обозначаемый словом «Любовь». Но хотя инициация тамплиеров и была по своему характеру рыцарской, тем не менее коль скоро они входили в круг «хранителей» Высшего Центра, то все, с чем они соприкасались, приобретало некоторую военную и религиозную двойственность.