Нужна какая помощь — говорите.

— Пока у нас есть все необходимое, — ответил я.

— Я так и проинформирую заинтересованных людей, — пообещал Белоконь. — А вам и всему вашему коллективу объявляю официально благодарность от имени нашей партии и правительства.

— Служу Советскому Союзу! — негромко ответил я.

Машина подвезла меня до окраины Александровки и вернулась в Светлово. По предварительной договоренности капитан Копейка должен был завтра утром приехать на крытой машине, приспособленной для перевозки арестованных, и с помпой, с шумом арестовать Надежду и Прохора Сугонюков.

А мне предстояло подготовить к этому событию будущих арестованных.

Я появился в доме Надежды, промокший насквозь. Переступил порог. Хозяйка ахнула:

— Аж пар идет от спины! И где та целина, которую ты, «братик», так старательно пахал? Какой хлебушек намерился посеять?

— Горький, — отвечаю. — Для тебя, «сестренка», горький. Приехал просить, чтобы ты с аппетитом ела пироги из той полынной муки, не плевалась, не морщилась, а улыбалась и похваливала.

— Хорошие присказки знаешь, — улыбнулась Надежда. — Но соловья баснями не кормят.

Обсушу тебя, попотчую с дороги, а потом уж и о деле.

Обедали вчетвером. Сугонюк угрюмо молчал. Зато Надежда тарахтела и тарахтела. Она была непривычно возбуждена. Волновалась. И похорошела от этого волнения еще больше.

Улучив момент, Истомин мне шепнул:

— Надежда заявила Сугонюку: «Ты мне не муж, я тебе не жена». Плакал как ребенок, обиженный матерью. Навзрыд. Ей — ни слова, а мне всю свою жизнь до подноготной выложил. Не позавидуешь! Жил, задавленный страхом. Даже вешался. Надежда из петли вынула.

Я стал размышлять: какую версию лучше всего предложить вражеской контрразведке? Допустим: Надежда Сугонюк убила своего бывшего жениха по личным мотивам.

Но это слишком простое объяснение важных событий. Советская контрразведка в него не поверила и стала бы искать более глубинных ходов. А не мог ли Сугонюк догадаться о том, что Чухлай — «советский разведчик» и, желая выслужиться перед своим центром, все подстроил так, что его жена ударила гостя скалкой. Усугубляя это положение, можно предположить еще один вариант: старый агент Сугонюк-Вощина получил прямое указание своего разведцентра убрать «предателя» Хауфера, который работает на советскую разведку. Сугонюк-Вощина выполнил приказ, а жена — сообщница в этом деле — всю вину взяла на себя, приведя к простому объяснению: «Гость охальничал, женщина защищалась».

По крайней мере, капитан Копейка при организации «допросов» Надежды должен вести именно к этой версии.

Но в нее не вписывался один назойливый факт, Чухлай умер в больнице. Если бы его хотели просто убить, то врачей не вызывали бы.