— Адель во многом персонаж вспомогательный. Вокруг нее построен сюжет, но сама она достаточно статична, а Гретта наоборот развивается, меняется по ходу истории. Вы читали роман?

— Да, одной из первых, — ответила Марго, улыбаясь теперь так открыто и счастливо, что я не выдержал и тоже встал, качнулся на пятках, едва ли чувствуя ватные ноги.

— Что происходит? — возмутился Бруштейн.

Я игнорировал вопрос издателя. Марго тоже. Она смотрела только на меня, говорила только со мной. Будто никого, кроме нас, сейчас тут не было.

— Разве Гретта не пала в лице Адель? Она осуждала ее интрижку с ректором, а сама при этом закрутила роман с собственным куратором.

Народ вокруг замер и, казалось, не дышал. Даже Андрей больше не встревал.

— Она всего лишь женщина и хотела заботы, любви. Да, Гретта отрицала эту свою суть, сосредоточившись на учебе, но иногда у судьбы совсем иные планы. Нет, Адель поняла ее, хотя вряд ли удержится от издевок в будущем.

— В будущем? — переспросила Марго.

— Да. Думаю, впереди у нас у всех прекрасное и светлое будущее.

Я, наконец, обрел способность двигаться и пересек зал магазина, где проходила встреча с блогерами и читателями. Спустя секунду Марго уже была в моих объятиях. Я сжимал ее талию, потом плечи, проводил ладонями по спине, гладил пальцами лицо и непрестанно целовал любимые сладкие губы.

— Я люблю тебя, Марго. Люблю. Никуда не отпущу тебя больше. Клянусь, ты моя. Никаких больше побегов.

Она всхлипнула. Глаза искрились слезами счастья.

— Я никуда и не собираюсь. Правда. Потому что тоже тебя люблю, Мефистофель.

Мы рассмеялись, как два дурака и снова стали целоваться, не замечая аплодисментов, вспышек камер и свиста. Нам было плевать на все и всех.

— Пора сматываться отсюда, — пробормотал я ей в губы, когда народ уже начал закидывать вопросами совсем не по книге и окружать нас кольцом.

К тому же у меня в штанах назревал очевидный ответ на все вопросы.

— О да, профессор, — откликнулась Маргарита, взяла меня за руку и потянула к служебному входу.

Но это уже совсем другая история.

— Защитилась? — первый вопрос в трубке.

Я перешла на ультразвук, напалмом выжигая барабанные перепонки:

— Да! ДА! Да-а-а-а-а!

— Я в тебе не сомневался, Марго, — ответил Матвей с улыбкой в голосе.

Я переключила на видео-звонок и дождалась соединения. На экране появился растрепанный Мефистофель, слегка небритый, хмурый и подпирающий щеку.

Его глаза блуждали по бумагам перед ним. Я знала, что он писал в это время. Чудо, что он вообще ответил, обычно, творческое время было неприкосновенным. Никаких звонков, если только не случилось ничего серьезного. Но я защитила диплом, и он знал, как сильно я нервничала. Пусть и натаскал меня настолько, что на вопросы комиссии я могла бы ответить, даже пребывая в коме.