– Боюсь, что у нас возникла проблема, мистер Скурас.

Дэмиан слушал, и на его лице раздражение постепенно уступало место бешенству.

– Габриэлла подала на меня в суд? С ума сошла! Ты имеешь в виду, что она собирается продать историю в «Колонку сплетен», если я не соглашусь на ее требования? Что за дерьмо?.. Я никогда не обещал ей жениться!.. – Его лицо побелело. – Если она посмеет вывалять имя моей жены в грязи, то я, черт ее побери… – Дэмиан яростно смотал в узел телефонный шнур. – Хорошо, – сказал он отрывисто, поднялся на ноги и стряхнул с плеч халат. – Слушай, что тебе надо сделать.

Ярость и решимость управляли его разумом несколько последующих минут. Он позвонил Спиро, позвонил своему пилоту на Крите – и остановился.

Разбудить Лорел и сказать ей, что уезжает? Нет. Ни в коем случае. Только этого не хватало – объяснять своей жене, что бывшая любовница из мести пытается облить его и ее грязью, продав какому-то телевизионному шоу историю, в которой она выступит в роли покинутой и обманутой подруги, а Лорел – в роли беременной охотницы за состоянием.

Спиро это уладит. Старик скажет, что ее мужу срочно пришлось вылететь в Нью-Йорк по делам. Ей, конечно, это не понравится, но ведь его не будет совсем немного времени! День, максимум два. А потом он вернется на Эктос, и обнимет ее, и скажет, как он ее любит, и будет молиться всем богам, чтобы она тоже призналась ему в любви. И тогда они начнут свою семейную жизнь заново.

Но, прежде чем уехать, ему нужно было хотя бы взглянуть на нее. Дом был погружен в тишину, когда он вышел из своей спальни; из-под закрытой двери Лорел не пробивался свет. Дэмиан открыл дверь и скользнул внутрь.

Она лежала на спине, погруженная в сон.

Как хороша она была. И как он ее обожал!

– Kali mou, – прошептал он. – Любимая моя.

Он наклонился и нежно коснулся ее губ легким поцелуем. Она шевельнулась и тихо вздохнула. Еще одна секунда – и он бы лег рядом с ней и обнял.

Но сначала, подумал он, надо решить вопрос с Габриэллой.

Стиснув зубы, он вышел из комнаты своей жены и тихо закрыл за собой дверь.

Лорел проснулась ярким солнечным утром с воспоминанием – таким же легким и воздушным, как клочки облаков в небе.

Был ли это сон, или Дэмиан действительно подошел к ее постели, поцеловал ее и назвал любимой?

Это казалось таким реальным, но, разумеется, все происходило во сне. Они же поссорились, а когда он явился к ней с оливковой ветвью, она отвергла ее.

Лорел села, отбросила в сторону укрывавшую ее легкую простыню и потерла лицо ладонями.

Отвергла предложение мира? И это еще мягко сказано. Она буквально дала ему пощечину!

Лорел громко выдохнула. Господи, да какой бес в нее вчера вселился? Единственный мужчина, которого она когда-либо любила, – это Дэмиан.

Она быстро оделась, мало думая о том, как выглядит.