— Не все в этой жизни решается деньгами!

— Да ладно тебе, сеструха. Будто я косячу в первый раз.

Она замерла и покосилась на меня с недоверием. Ну? Что и требовалось доказать! Как только речь зашла о зеленых бумажках, тон разговора переменился. Еще чуть-чуть — и я полапаю натуральную грудь третьего размера, а потом можно будет и свалить с этого места.

В моих мыслях уже все шло как по маслу. Вот только реальность оказалась суровой. Сеструха достала из шкафчика метлу с куском пластмассы и вручила их мне.

— Приберись тут, пока я переоденусь.

Она удалилась как королева. И венчала ее вовсе не корона, а все та же ужасная прическа с невообразимо жуткой гулькой на затылке.

Я же остался стоять посреди помещения, гадая, насколько унизительно для Ходоровых быть в роли уборщика. Чтобы понять это, следовало испробовать их работу на своей шкуре. Оглянувшись в поисках скрытых камер и не найдя их, я склонился и собрал осколки в кусок пластмассы. Куда это выбросить, не нашел, поэтому метлой убрал мелкие кусочки стекла и положил это все в угол.

Вонь стала невыносимой. Отодвинув в сторону два горшка с цветами, открыл окно. В нос ударил аромат свежей выпечки. Я откинул голову и вдохнул полной грудью. Интересно, а где проснулся Роберт? Уж точно не в обществе вредной девчонки с провалами в памяти. Или это я чего-то не знаю о своем отце, и он в свое время успел заделать бастардов на стороне? С него станется. Два развода за плечами.

Я обернулся на голос и увидел ее в еще более нелепых штанах.

— Неужели у тебя нет приличной одежды?

— В смысле? — девчонка придирчиво себя оглядела. — Чисто, удобно, тепло. Не голая же я, в конце концов.

— А на вид потрепанное старье.

Она скривилась и направилась к плите. Странно. Думал, обидится, надует губы и начнет флиртовать, намекая на шопинг. Ладно, зайдем с другой стороны.

— Скажи, а когда ты в последнее время встречалась с отцом?

Матери у нас разные — это факт. Ну а вдруг она не врала и отец все-таки общий?

Я замерла над плитой с ложкой в руке.

Все-таки назваться его сестрой — худшая из идей. Вот только она пришла спонтанно, показалась в тот момент просто идеальной. Да и не думала я, что этот миллионер поверит в мою ложь, все ждала, когда он вылетит из квартиры, обозвав меня сумасшедшей. Но нет, Ходоров еще стоял здесь и чуть ли не раздевал меня глазами.

Именно раздевал, ведь уже не в первый раз дал понять, что моя одежда ему пришлась не по вкусу. Конечно! Такой привык одеваться с иголочки и всех своих пассий наряжать по высшему разряду. Но разве тряпье — это самое важное в жизни?

Я повернулась к боссу моей сестры и осмотрела его с ног до головы. Молодой щеголь, не иначе! Сложно давалось скрыть свое истинное отношение к нему, однако другого пути не было.