Сам придурок, сам повелся, сам и получил. Разгребай.

Вика отмирает. Тянется к ручке двери. Уже в последний момент, когда она выскакивает на улицу, бросаю:

— Ключи от моей квартиры оставишь у консьержки. Спасибо, ясноглазая.

— За охеренный жизненный урок.

Вика закрывает дверь, я тут же давлю по газам. Сдаю назад и со скрипом шин вылетаю со двора. Лечу на базу. Завалюсь в зал и от души расхреначу кулаки о грушу. Может, хоть физическая боль задавит моральную.

Провожаю BMW Рената взглядом, молча глотая слезы. Стою, понимая, что никогда в своей жизни я больше не сяду в его машину. Не увижу его улыбку. Не услышу его голос. Не обниму. Не поцелую. Как много этих «не»!

Так правильно — уверяю себя без остановки, повторяя снова и снова.

Так надо — говорит разум. Но сердцу больно. Оно отказывается понимать! Я задела, обидела, уничтожила и растоптала любимого человека. Этот его взгляд, когда я сказала, что взаимности нет — он будет преследовать меня в кошмарных снах. Что я наделала? Жениха какого-то мифического приплела. А он поверил. Взял и поверил.

С очередным порывом холодного ветра, когда машины Рената уже и подавно не видно на горизонте, я возвращаюсь в подъезд. Вызываю лифт, припадая затылком к холодной стене, зажмуриваюсь.

Нет, я все сделала как надо! Ну да, плохо. Ну да, тяжело. Ну да, сердце на разрыв. И дышать не получается полной грудью. Подумаешь?! Пусть он лучше ненавидит меня и живет счастливо, чем разрушить собственную жизнь из-за неправильной девочки Вики с багажом проблем. Не нужна ему такая, как я! Трусиха и слабачка…

Остатки воскресенья я отлеживаюсь. Без сил, без настроения, без веры в светлое будущее. Не в состоянии даже подняться и поужинать, ворочаюсь, сбивая простыни, время от времени проваливаясь в сон. С родителями подчеркнуто не иду на контакт, понимая, что еще долго не смогу простить им их ультиматум. Если вообще однажды смогу…

Сплю я в эту ночь плохо. Утром в понедельник на работу собираюсь, что называется спустя рукава. В офисе появляюсь вовремя и не в спортивном костюме — за что мне уже стоит вручить медаль за мужество. То, что лицо бледно-серое и глаза красные, предпочитаю не замечать. Собственно, как и мои коллеги, от зорких глаз которых, разумеется, не ускользнул тот факт, что приехала я «разбитая» и на такси. Кто-то даже злорадно захихикал мне вслед. До того, как я заперлась в собственном кабинете.

Весь день я старательно пытаюсь с головой уйти в проекты. Получается плохо. Голова «уходит», но совершенно не туда, куда следовало бы. Мысли стройными рядами шагают к нему. К красавчику. И вроде выполняю не монотонные задачи, с особой тщательностью перепроверяя за собой расчеты в проектах, но перед глазами лицо Рената. А в ушах его резкое: пошла вон.