Чемодан с перекошенным от дикой боли лицом сначала медленно опустился на колени, а затем мягко завалился на бок.

– Чемодан, это тебе мой последнее предупреждение! – Зарубин, тяжело дыша, отошел в сторону.

В это время позади Мишки разнилось мягкое свечение. Он оглянулся и увидел Ляльку, которая зажигала "Летучую мышь".

– Где Крапленый? – спросил Зарубин у Снегирева. Только теперь Мишка понял, что Костя ранен. Зарубин стоял, слегка покачиваясь, и прижимал ладонь к левому боку. Сквозь пальцы сочилась кровь.

– Ляд его знает, – отозвался Снегирев. – Сбежал, подлец.

– Крапленый от сявок не бегает! – раздался злобный голос главаря шайки.

Из темноты на освещенное пространство ступил Крапивный. В руках он держал "парабеллум".

– Все, Седой, амба. Я распорю твой живот и кишки на шею намотаю! – от бешенства Крапленый пенился.

Когда он подошел поближе, Мишка увидел, что и бандиту досталось: его правая рука висела плетью, лицо было бледным до синевы от боли, а пистолет он держал в левой.

– Да, против безоружных и слабых ты храбрец, – совершенно невозмутимо ответил Костя, глядя прямо в глаза главаря банды. – Таким я помню тебя с пятьдесят третьего года, когда ты убил мою мать и отца. Помнишь квартиру главного инженера хлебозавода?

– Стоп-стоп, вон оно что… Так это ты тот сопляк, по которому я тогда промазал? Вот это встреча. – Крапленый начал неторопливо целиться. – Сейчас я исправлю ошибку молодости…

– Не-ет! – Лялька рванулась вперед, закрывая собой Костю, и словно дикая коша вцепилась Крапленому в лицо.

– А ты, сука! – отшвырнул ее бандит и выстрелил почти не целясь. – Получи!

Костя словно взорвался. Каким-то невероятным сальто он в мгновение ока преодолел расстояние, отделяющее его от Крапленого, и "парабеллум" выпорхнул из рук бандита. От неожиданности Крапленый едва не упал, но успел опереться о стену. И тут же он выхватил финку.

– До встречи на том свете, ублюдок… – тихо сказал ему Костя.

И остолбеневший Снегирев вдруг увидел, как нервный тик искривил черты Костиного лица, как растянулись его жесткие губы в полуоскале и возле глаз легли морщинки. Зарубин впервые за долгие годы улыбался. Но от этой улыбки веяло могильным холодом.

– Не нужно, Зарубин! – словно очнувшись, закричал Снегирев. – Остановись!!!

Но Костя уже крутил свою смертоносную "вертушку". Мишка услышал хруст височной кости Крапленого, когда стопа Зарубина достигла цели, и короткий звон клинка, выпущенного главарем банды. Крапленый умер мгновенно, даже не застонав.

Костя подошел к Ляльке, которая сидела, прислонившись к стене, бледная и окровавленная. Пуля пробила ей плечо. Костя помог девушке подняться, они обнялись и пошли к выходу из подземелья, поддерживая друг друга.

– Мент? – раздалось сзади.