Остальные земли занимали остатки немцев, которые уже готовы были занять в едином порыве сосредоточенные по границам русские части. Вскипи война вновь — и экстренно пополняющиеся наши дивизии смогут перейти в крупномасштабное наступление вдоль всей линии фронта.

Всей делегацией управлял великий князь Александр Александрович и японец Ямагата. Наши требования были ясны, и столь же понятно было, что основным противником переговоров являются британцы. Итальянцам намного выгоднее выйти из войны сейчас, не потеряв собственных земель и не выплачивая репараций до того момента, как русский флот не начнёт операции в Средиземноморье, а полки не пойдут на штурм Альп. У не так давно объединившегося итальянского государства банально не было нужного количества ресурсов, чтобы вести дальнейшую тяжёлую войну с Россией, державшей громадные земли в Евразии и Северной Америке.

— Наши требования ясны и понятны, — начал говорить на русском великий князь, как только в зале настала полная тишина. — Вы напали на нас и проиграли. Австро-Венгрии больше никогда не будет существовать, и все государства на трупе владений Габсбургов отныне будут признаны Российской Империей. Все эти государства находятся под полным протекторатом Москвы. Вся Восточная Пруссия вплоть до течения Вислы переходит под наш полный территориальный контроль и преобразуется в Царство Прусское. Территории бывшего герцогства Бавария и королевства Пруссия станут отдельными государствами, тогда как остальные территории Германии должны будут выплатить России контрибуции. Что же касается территорий Франции, то оккупационные силы Италии и Великобритании должны экстренно покинуть эти земли и вернуться в свои страны без всяческих территориальных и экономических требований, а все государственные функции должны быть переданы французскому правительству.

Здесь в разговор вступил японский главнокомандующий:

— Император Японии требует передачи под наш контроль всех британских владений в Сиамском заливе, городах-концессиях, Филиппинах, Новой Зеландии, Новой Гвинее, островах Полинезии и Микронезии, а также независимость Австралии.

Тишина повисла в зале настолько густая, что казалось, её можно резать даже тупым ножом. Британский делегат, седовласый адмирал с орденом Бани на груди, медленно поднялся со своего места. Его лицо, изрезанное морщинами и загаром тропических морей, было непроницаемо, но в глазах читалось холодное презрение.

— Ваши требования, — его голос звучал чётко даже в большом зале, с лёгким шотландским акцентом, — больше похожи на безумные фантазии варваров, чем на условия мирного договора между современными странами. — Он сделал паузу, переводя взгляд с Александра Александровича на японского генерала.