– Да, я всё слышала…, – болезненно улыбаюсь.

– Тихо! – обрываю его. – Не смей мне говорить, что это всё неправда. Теперь многое становится на свои места.

– Маша, это всё неправда! – всё же принимается оправдываться муж. – Самая главная правда, которую ты должна знать, я люблю только тебя. А то, что случилось, было большой ошибкой.

Почему-то именно эти слова рвут моё сердце окончательно в клочья! В груди начинает печь так, что я невольно задыхаюсь, судорожно пытаясь сделать вдох.

В глазах темнеет, и звуки становятся гулкими и далёкими. В ушах звенит испуганный крик мужа:

– Маша! Маша! Посмотри на меня! Я тебя прошу, пожалуйста!

А я не хочу смотреть в эти любимые глаза, которые оказались лживыми глазами предателя…

Свет меркнет, сознание уплывает. Меня резко накрывает покой и темнота…

Но покой мой длится недолго. Боль в груди не отпускает, и глаза мне очень тяжело открыть. Но я чувствую, как меня подхватывают сильные руки, несут куда-то, укладывают. Потом прохладная ткань касается моего лба. Онемевшие щёки гладят тёплые ладони.

– Маша, открой глаза, я прошу тебя, не пугай меня, – взволнованный, но такой родной шёпот мужа. И так хочется успокоить его, только какая-то неприятная мысль бьётся. – Потерпи, маленькая, врачи уже едут, они помогут! – сжимает мои безвольные пальцы.

– Да что ты с ней возишься! – доносится назойливый женский голос, который возвращает меня в реальность.

Свят изменял мне, и рядом сейчас Наталья – одна из его любовниц. Сердце взрывается болью с новой силой.

– Мне-то можешь не рассказывать про любовь к жене, – продолжает с пренебрежением Наталья.

– Заткнись! – огрызается Свят, продолжая поглаживать меня.

Мне хочется оттолкнуть его руки, но способность шевелиться ко мне пока не вернулась.

– Да ладно тебе! Не трясись. Обычный обморок, – небрежно продолжает эта неприятная особа, которую мне хочется вышвырнуть вон.

– Ты ничего не знаешь и не понимаешь! Поэтому, закрой рот! – ещё более агрессивно чеканит Свят.

Да, про мои проблемы с сердцем знают немногие. Мы не афишировали.

Но Наталью слова мужа только ещё больше раззадоривают.

– Ты смешон, Свят! Не будь лицемером хотя бы сейчас! Тебе напомнить твои жалобы, как ты ненавидишь беременность своей жены? Как тебя достал её токсикоз, поплывшая фигура, головные боли и прочее? Что ваш секс стал отстойным? Просто признай уже, что Свят совсем не святой! – кривляется. – Что тебе нравилось трахаться со шлюхами! Поверь, сразу станет легче!

– Тогда ты тоже признай, что стала шлюхой! Иди и трахайся с кем хочешь! И отвали уже от Гордея и от меня!

– Я бы отстала, но это не входит в мои планы, – пьяно смеётся она.