Хотя нет, я не тлею, я горю. Особенно когда мысли перебрасываются на ту суку, из-за которой моя жена сейчас в реанимации. Я в шаге от убийства. И понимаю, если сорвусь, то остановиться не смогу, пока эта тварь не перестанет дышать. Вот только сесть из-за этой падали в тюрягу я не могу себе позволить. У меня теперь сын… Маленький, слабый, беззащитный.

Сжимаю кулаки до хруста.

Слышу, как рядом садится кто-то.

– Свят, – голос Гордея.

Оттого, что друг со мной, становится немного легче.

– Спасибо, что приехал, – хриплю я.

– Ну, разногласия в жизни разные бывают, но есть ситуации, которые выше этого. Что случилось, расскажи.

– Я хочу убить твою жену…

– Не могу тебя осуждать за это, но при чём здесь она?

– Она слила вчера ночью Машке то самое видео. И у Маши случился приступ.

– Почему ты уверен, что это она? – недоверчиво.

– Она звонила среди ночи. Как всегда, навеселе, а потом звонила снова, просила помочь, потому что в очередной раз вляпалась куда-то. Я её послал, она обещала отомстить. Вот, – зло усмехаюсь, – сдержала слово, сука.

– Что за видео? – хмурится Гордей.

– Я расскажу сначала. Давно хотел это сделать.

Гордей показывает всем видом, что весь внимание. Тяжело вздыхаю, собираясь с мыслями.

– Всё началось, когда я узнал, что Машка залетела. Против моей воли и воли врачей. Просто перестала пить таблетки и потом скрывала от меня, пока могла. А я ведь не просто так не хотел, я за неё боялся. Дико боялся. Ты ж знаешь про её сердце…

– Знаю, и? – хмурится Гордей.

Выдаю ему всё, ничего не утаивая, не приукрашивая. Скрывать мне больше нечего, да и устал я. Пусть лучше морду мне набьёт, но всё узнает.

– Вот так появилось это видео, – сокрушённо качаю головой. – Да, я мудак, сам виноват, хоть и уверен, что в алкоголь мне подсыпали какую-то дрянь. Но доказывать что-то уже поздно. Я почти ничего и не помню, но… сделанного не вернёшь. Я нахуевертил, теперь расплачиваюсь. А жена твоя…

– Бывшая! – кривится Гордей.

– Бывшая. Она, кажется, вообще берега потеряла. Ты в командировку, она в загул. Ну и ещё поняла быстро, как я очкую, что Машка узнает о моём проколе, и начала борзеть с каждым днём всё больше. Я её загулы прикрывал, я её из всяких задниц вытаскивал, а она упивалась тем, что получила власть надо мной. И хитрая сука, каждый раз, когда я пытался выпутаться, она всё так обставляла, что я только глубже увязал.

– Вот ты дебил! – психует Гордей.

– Согласен, – развожу руками.

– Почему ты мне не рассказал? Или так удобно прикрываться тем, что “типа” не мог отказаться, и снова наступать в дерьмо?

– Ты не представляешь, сколько раз я собирался тебе расколоться. Помнишь, как мы с тобой сидели до утра в офисе?

– Да. Припоминаю, – недовольно сводит брови.

– Но эта сука как чувствовала, – хлопаю себя в раздражении по колену.