– Как раз напротив, – с достоинством отозвалась Антонина Григорьевна, – мне было бы больше по душе, если бы все разворачивалось в Петербурге, подальше от нас, и Клавдия Петровна не прибегала бы к нам каждый час делиться тем, как прокурор возмутительно унижает преступников и как скверно работает их адвокат.

– О-о, она способна! – засмеялся Матвей Ильич. – Но ты забываешь, душа моя, что в любом случае меня вызовут в качестве свидетеля. Ужасно неприятно, что я тогда просто хотел развлечь гостей, а все обернулось так скверно…

– Матвей, прости, но тебе не в чем себя винить, – твердо проговорила его жена. – Если Ободовский и его любовница хотели убить Евгению Викторовну, они бы все равно ее убили, с твоим рассказом или без него…

– А все-таки я предпочел бы никаким боком не быть причастным к тому, что случилось, – задумчиво заметил Ергольский. – Понимаешь, это все равно как бросить семя зла и увидеть, как оно проросло. Пусть даже я ничего такого не имел в виду, все равно…

«Чистюлька», – презрительно подумал Чаев. Разве Матвей не понимает, что от появления на сенсационном процессе его слава только увеличится? В конце концов, следователь уже вроде как пообещал, что фотографию, найденную у Пановой, предъявлять не будет, чтобы не дать адвокату подсудимых возможность выгородить их…

Грядущий процесс обсуждали не только у Ергольских, но и в усадьбе Башилова. Вокруг горящей лампы кружил, привлеченный светом, бледный мотылек, но Серж видел только печальные глаза Натали, устремленные куда-то вдаль. Окна были широко распахнуты и звали в ночь, обещая тайну, тишину и ручейки звезд. Сам Башилов тоже был в комнате – сидел в углу, делая вид, что читает газету. На самом деле он размышлял, правильно ли поступает, соглашаясь на брак дочери, когда она еще так молода. С другой стороны, все, у кого он наводил справки о Серже, не могли сказать о нем ничего дурного, да и Натали, похоже, была всерьез им увлечена…

– И подумать только, что если бы не я, ничего этого не случилось, – проговорила девушка со вздохом.

– Наталья Андреевна, о чем вы?

– Ведь это я увидела Бузякину в саду и описала ее следователю… Без меня он бы никогда ее не нашел.

Наташа зябко передернула плечами, хотя в комнате было совсем не холодно.

– Но Павел тоже запомнил, что в саду кто-то был, – сказал Серж, влюбленно глядя на нее. – Послушайте, мне кажется, этот Игнатов – человек честолюбивый… Он бы все равно стал искать – и нашел. А без ваших показаний, может быть, ему бы пришлось обвинить совсем не того человека, – не совсем логично прибавил он. – Лично я думаю, что нет ничего плохого в том, чтобы помочь правосудию… конечно, когда ты сам ни в чем не замешан…

– Да, наверное, вы правы, – рассеянно согласилась Натали, наматывая на палец бахрому скатерти.