Ещё надумают, чего доброго, следить за мной, а мне нужно встретиться с человеком Петтера Орвеца у часовни. С тем, кто, по его словам, меня знает.

– Может, лучше рассказать королю? – предложила Джули. – Уверена, он поймёт и отпустит нас всех.

– Но не ночью, – прошептала я. – Это неотложное дело. Мне нужно в загородное поместье именно сейчас. Утром я вернусь, а может, и раньше. Обещаю.

Девушки на мгновение замешкались, но всё же твёрдо кивнули. Нилла от переизбытка эмоций обняла меня, и мы все вместе спустились в холл. Распрощавшись с подругами, я прошла в зал и нырнула в нишу – сюда заходили лакеи, это я заприметила раньше.

В любом доме есть внутренние лестницы для слуг, чтобы они могли оставаться тихими и незаметными, не беспокоя своих хозяев.

Поднявшись по лестнице, я опять попала на крышу, где меня дожидался Ямин. Заметив смену плаща, он хмыкнул.

– Видел, как отъезжает королевская карета. Ты уверена, что фрейлины тебя не предадут?

На мгновение сердце кольнула игла сомнений. Джули. Она вполне может всё рассказать Роффе, но я всё-таки надеялась, что она осталась той самой девочкой, которую готовили стать моей тенью, моей неизменной спутницей, способной прикрыть меня от любых невзгод.

И я отвечала ей тем же, всегда защищала и покрывала мелкие шалости. Детские воспоминания действительно зыбки, но время, проведённое с Джулией, одно из самых ярких.

– Я хочу в это верить. Если они это сделают… – я сглотнула и посмотрела в глаза Ямину, – тогда мне не выжить в Абикарде.

– Ты для них чужая, и это нормально, – произнёс Ямин и посмотрел на город. – Ты уплыла отсюда восьмилетним ребёнком, даже не представленным свету, а вернулась взрослой девушкой, от которой не знаешь, чего ожидать.

– Ну, тебя в Рагнае наверняка любят и уважают, – заметила я и подошла ближе. – Не так ли, ас-алердин?

– Так, – кивнул он. – Но уважение и любовь пришли не сразу. В восемнадцать меня тоже считали безмозглым мальчишкой, а с тех пор, заметь, прошло больше половины моей жизни. Я отучился в академии, изучал политику, отправился на пределы и после возвращения помогал отцу, перенимал его знания и опыт. Со временем, когда ты докажешь своему народу, что достойна его, тебя тоже полюбят.

– Я не хочу власти, – искренне призналась.

 – Власть – это не моё.

– Самые лучшие правители всегда говорят именно так, – улыбнулся Ямин. – Все, кто жаждет власти, в итоге ведут людей к погибели, ведь им важна не судьба своего народа, а обладание им.

– Красивые слова, – кривовато ухмыльнулась, – но ведь я серьёзно. Я не могу править. Не смогу казнить. Это не в моём характере.

Ас-алердин помолчал, потом сказал тихо:

– Ты родилась принцессой. Тебе при рождении не оставили выбора.

Я подошла к парапету и взглянула на тёмное море.