И уверяю вас, кроме его самоотверженности и моей невинной благодарности нас ничего не связывает.

И одного нелепого договора, который демон хочет расторгнуть. И я. Я тоже хочу. Получилось ведь быть почти искренней? Как же тяжело, что я не могу рассказать всё.

– Три дня назад? – изумилась Нилла. – Я слышала о стычке, когда мятежники пытались освободить какую-то девушку, которую взяли под стражу наши доблестные служители правопорядка за незаконную деятельность. И им почти удалось, если бы не подоспели доблестные гвардейцы короля…

– Не гвардейцы, – мотнула я головой. – Они явились позже. Мой истинный спаситель – ас-алердин. И, разумеется, к мятежникам я не имею никакого отношения.

Хотя выглядит весьма странно. Интересно, Роффе занимается разбирательством этого дела или отложил в долгий ящик? В круговерти последних событий я сама совершенно о нём забыла.

– Ну и дела-а-а, – протянула Сивилла и откинулась на спинку софы. – Быть может, он и правда влюблён в вас, ваше высочество?

– Демоны не способны на серьёзные чувства, – заявила Джули и, нахмурившись, поставила чашку на блюдце. – Впрочем, как и все мужчины.

– Откуда такие глубокие познания о мужчинах? – прищурилась Сивилла и фыркнула. – Если у тебя был печальный опыт, не стоит распространять его на всех. А что касается его темнейшества… Если не ради принцессы, зачем он вообще тут появился?

Ради расторжения договора. Но посвящать фрейлин в наши личные с Ямином дела я не стала.

– Завтра приём у графини Вайлин. Его величество не сможет присутствовать, но вы, ваше высочество, вполне можете навестить её сиятельство, – перевела тему Джули.

Я уже видела приглашение и подумывала принять его. Мне стоит получше пообщаться со знатью, чтобы понять, кого держать поближе, а кого – опасаться.

– Как раз выбираю подходящий наряд, – ответила я и бросила взгляд через балконную дверь на парк.

Вдали проглядывалась крыша оранжереи моей матушки. Прикусив губу, решила, что убиваться над произошедшим бессмысленно, лучше заняться чем-нибудь полезным, что отвлечёт меня от дурных мыслей. Но едва я собиралась высказаться, двери распахнулись, и вошедшая Адаез уведомила о прибытии портних.

– Примерка свадебного платья, ваше высочество, – подсказала мне горничная как само собой разумеющееся.

– Я так понимаю, отказаться шансов нет? – кислым тоном спросила и тут же улыбнулась, вспомнив о своём статусе. – Благодарю, Адаез. Проводи уважаемых мастериц ко мне в покои. Мы скоро подойдем.

Портными оказались две женщины – мать и дочь, работающие очень споро, но зато часто ссорящиеся. Они не могли найти согласия буквально ни в чём. Дочь склонялась к современным фасонам, а мать твердила, что для свадьбы его величества невесту следует облачить в традиционный наряд.