В нише притаился маленький книжный шкаф. Увидев книги, вспоминаю, как все время хотел что-то почитать, но руки никогда не доходили. Пробегаюсь пальцем по корешкам. Многие из названий кое-что для меня значат. Достаю Мориака, изучаю обложку. Le Nœud de vipères. Клубок змей. Такую когда-то дал мне Рори.

Меня переносит в то Рождество. Мы были в гостиной. В камине мерцал огонь, папа спал напротив, в своем любимом кресле. Помню, как от меня волнами исходила тьма. Но сквозь ненависть пробивался шепот растерянности. И еще любовь. Любовь не смыть. Она не оставит ни меня, ни его. Она запятнала нас обоих.

Прошло три дня с того момента, как я отдал пакет Блэйк. Знаю, что времени уже не осталось.

Я на кухне, чтобы у Себа было больше пространства. И мне нужно пространство. Чтобы упаковать и рассортировать мысли. Какие-то оставить под рукой, другие – отдать на хранение. Тишину разрывает звонок телефона. Поставив кружку на стол, беру трубку.

– Ксандер, – говорит голос, – это Джен.

– Привет, – отвечаю. – Так и подумал, что это вы.

– Подумали? А вы не подумали, что неплохо вообще-то предупреждать своих адвокатов перед тем, как заявляться в полицейский участок с вещдоком по делу, в котором вы обвиняетесь в убийстве?

– Простите, но я подумал, что вы бы попробовали меня остановить.

– Уж не сомневайтесь.

Она тяжело дышит в трубку, словно собирается с мыслями.

– Так или иначе, они нашли отпечаток.

Сердце ухает куда-то вниз. Проваливаюсь в яму безвременья; оттуда видится, что сегодня, вероятно, и есть тот день, когда я должен буду сделать свои последние шаги. Хороших новостей я никогда не ждал. Самого наличия у меня пластинки после стольких лет уже достаточно, чтобы осудить меня, однако я все равно потрясен этим известием. В телефоне – тишина, а в ушах начинает звенеть.

– Отпечаток бы к этому времени уже стерся, – продолжает она. – Но если речь об обычном отпечатке. Отпечаток потного пальца сохраняется на поверхности до нескольких дней, – заявляет она, – но только это не ваш случай. Ваш отпечаток был заметен.

«Ваш отпечаток». Мой отпечаток.

В висках бьет адреналин, хочется бросить трубку, но вместо этого я молча сползаю на пол. Тишина вновь сгущается, заволакивая мои уши. Доносится низкий гул, он понемногу нарастает. Вскоре гул уже такой громкий, что тишина в моей голове, словно мячик, скачет от одной стены к другой.

Шагаю все быстрее, пока чуть ли не перехожу на бег. Прорываюсь напролом – люди на тротуарах рассыпаются передо мной. Слышу собственный голос – стиснутый, исцарапанный – ору на прохожих. «В сторону! В сторону!» – кричу я, прорезая толпу.

Все неправильно. Передав полиции тот самый единственный вещдок, я остановился, сдался, признал вину.