– Теперь они вместе шли в сторону реки. Шишки хрустели под ногами. – Было много шума, наши даже с фонарями по саду ходили.

– Представляю, что было бы, найди твой отец этот значок! – Впервые за все свидание Юра с теплом взглянул на свою спутницу. – Ты молодец!

Она быстро прильнула к нему на одну секунду, и снова они пошли рядом, даже не держась за руки.

– Нам лучше переждать и пока не встречаться, – нахмурился юноша.

– Как? Почему не встречаться? Ведь ты… ведь скоро…

Она даже не подозревала, что слезы так близко. Словно чья-то большая лохматая рука взяла ее за горло и начала сдавливать. Она схватилась за шею. По-видимому, на ее лице отразилось отчаяние. Юра быстро оглянулся и торопливо заговорил:

– Это только на некоторое время, пока все не утихнет. Мы могли бы обмениваться записками через твою подругу. Ну сама подумай: если твой отец узнает или ему кто-то скажет, что мы встречаемся, то он сразу сопоставит факты и обо всем догадается!

– Ну и что? – В приступе отчаяния Лера не хотела слушать даже самые разумные доводы. – Как будто мой отец – змей Горыныч! Как будто он не любил мою маму и будто они…

– Не сравнивай. – Юра мягко взял ее за плечи. – Сколько лет было твоему отцу, когда он встретился с твоей матерью? А нам? Для них мы – школьники! Десятый класс и все такое… Только и твердят: институт, карьера… Не сомневаюсь, что твои – тоже.

Да, он прав. Он взрослый, разумный, а она совсем голову потеряла. Она не может заглядывать так далеко, как он.

Лера остановилась. Ей казалось, она идти не может, ноги отказываются ее держать. То, что он предлагал, немыслимо. Не видеться несколько дней! Когда каждый день и без того неумолимо ведет к разлуке! Нет, она не выдержит. Только не это.

– Юра, милый, – захлебываясь слезами, торопливо заговорила она. – Я не смогу! Я и так не знаю, куда себя деть весь длинный день, пока мы не видимся! Я как будто не принадлежу себе, понимаешь? Я – твоя! И быть без тебя для меня пытка! Ты сильный, ты мужчина, ты выдержишь! А я? Я слабая, я – нет. Я не смогу… Пожалуйста, Юра, только не это!

Она сама не знала, о чем просит. Она не понимала, отчего так быстро, почти мгновенно, состояние абсолютного счастья обернулось состоянием беспросветного горя.

– Я должна видеть тебя хоть недолго, хоть несколько минут в день! Но обязательно – каждый день. Понимаешь?

Ей было странно, что она должна объяснять столь простые вещи, что он чувствует не так, как она. Хотя ей до сих пор казалось, что они понимают друг друга без слов.

– Только не плачь, – попросил он. Слезы привели его в замешательство. – Мы что-нибудь придумаем. Завтра я через Риту передам тебе записку. Будь умницей.

Она закивала и попыталась улыбнуться сквозь слезы. Он стиснул ее пальцы, развернулся и побежал к реке.