Ваши журналы одобрены Комитетом Цензоров — годовой комплект сейчас лежит у меня на столе. И ещё кое-что.

— Ещё кое-что? Но я больше ничего не заказывал…

— Это не для вас лично. Кое-что для Репроцентра. — Дерош блеснул белыми зубами. — Заканчивайте и приходите. — Экран погас.

Уж конечно. Годовой комплект «Бетанского журнала репродуктивной медицины», закупленный за невероятные деньги, чрезвычайно интересен, но из-за него у Дероша глаза не горели бы так. Этан быстро, но очень тщательно завершил оплодотворение и поместил результат в инкубационную камеру. Если всё пойдёт хорошо, то через шесть-семь дней бластулу перенесут в маточный репликатор в одном из банков в соседней палате. Этан вихрем помчался наверх.

Дюжина дисков с яркими этикетками действительно лежала стопкой на углу стола заведующего, рядом с комм-пультом. В другом углу стоял голограмм-куб с изображением двух темноволосых мальчиков, оседлавших пятнистого пони. Этан даже не посмотрел ни на то, ни на другое — его внимание сразу приковал большой белый холодильный контейнер, весомо стоявший посреди стола. Индикаторы панели управления горели ровным, обнадёживающим зелёным огнём.

На этикетке значилось:

— Они прибыли! — вскричал в восторге Этан, мгновенно поняв, что это такое, и захлопал в ладоши.

— Да, наконец. — Дерош ухмыльнулся. — Я готов поспорить, что в Демографическом Совете сегодня устроят праздник. Просто гора с плеч! Когда я вспоминаю, как мы искали поставщиков, чего нам стоило наскрести конвертируемой валюты… По временам я даже думал, что нам придётся отправить на закупки какого-нибудь беднягу…

Этан вздрогнул и засмеялся.

— Уф! Слава Богу-Отцу, что никому не пришлось пойти на это… Он любовно, благоговейно провёл рукой по поверхности большого пластикового ящика. — Похоже, скоро среди нас появятся новые лица.

Дерош улыбнулся, задумчивый и довольный.

— Да, действительно. Ну хорошо — они всецело ваши, д-р Эркхарт. Прошу вас передать рутинные работы Вашим техникам и устроить этих красавцев на новом месте. Это — дело первоочерёдной важности.

Этан осторожно поставил ящик на стол в лаборатории культур и подрегулировал внутреннюю температуру контейнера, чтобы немного поднять её. Теперь нужно подождать. Сегодня он разморозит только двенадцать и поместит в биостаты для культур, пока пустые и холодные, стоящие в ожидании новой жизни. Он почтительно коснулся затемнённой панели, за которой прожила такую долгую и плодоносную жизнь СДБ-9. Им овладела неясная печаль, смутное ощущение какой-то пустоты.

Остальное он разморозит, когда инженеры установят ряд новых биостатов вдоль другой стены. Он ухмыльнулся, думая, какая суматоха сейчас царит в инженерном отделе — не то что их обычная рутина — чистка да ремонт.