Я не просто думала, а ждала и мечтала увидеть его снова!

Ведь он знает, где я живу, и у нас есть общая тема для разговора, разве нет?

Что я себе напридумывала? У него дел невпроворот - таскаться по клубам в компании своих друзей-мажоров и выставочных тёлок, а я - случайный перепихон. Даже зная, что так и будет, я всё равно чувствую ужасную обиду, которая опять сжимает горло.

Смотрю на своё отражение, сглатывая ком, и промакивая уголки глаз бумажным полотенцем. Мою руки и сбрызгиваю их антисептиком. Выхожу из туалета, прикрыв за собой дверь. Сброшенная с небес на землю, а у меня ещё вся ночь впереди..."

"‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Разворачиваюсь и торможу, потому что в конце коридора, прислонившись плечом к стене и сложив на груди разрисованные бицепсы, стоит Макс Немцев, собственной кобелинской персоной.

Глава 11

Макс смотрит исподлобья. Сначала на мои ноги, потом в мои глаза. Вскользь, но внимательно. Мне не жалко!

Кобель.

Я тоже смотрю.

Он… такой броский. Такой яркий и, блин, офигенный. Просто так мимо не пройдешь, взгляд зацепится. Тело у него обалденное. Уж я-то знаю, чёрт возьми. Даже хлоркой не выведешь эти знания. Как и вкус его поцелуев. И то, как он их делает. Потому что кобель.

Практика 24/7.

Вот именно!

На моих глазах ещё не просохли слёзы разочарования, так что к чёрту его всего.

Стучу шпильками по кафельному полу, изображая безразличие.

После того, что я увидела… это легко.

Гордо задираю подбородок, и так же гордо собираюсь пройти мимо, возможно послав его в задницу по дороге.

- Привет, кудряшка, - коротко бросает Макс, не меняя позы.

- Не называй меня так, у меня имя есть, - раздраженно сообщаю ему, подходя к двери.

- Валя? - издевается он, глядя на мой кудрявый хвост.

Уголки красивых губ подрагивают, глаза откровенно смеются.

- А ты уже забыл моё имя? - высокомерно выгибаю брови, бросив взгляд на дверь.

- Вроде нет, - откинув на стену голову, пожимает он широкими плечами.

- Вот и забудь! - коротко советую я.

Губы Макса растягиваются в самой обаятельной улыбке на свете.

Как он это делает, засранец?

Его лицо преображается до невозможности. Я совершенно точно уже влюблена в эту улыбку.

Но это пройдёт!

Мне вообще не смешно. Мне… тяжко.

Стою, не двигаясь и не реагируя.

Оценив мою каменную реакцию, Макс синхронизирует нас. Становится серьёзным, кладет руку на дверь и преграждает мне путь.

- Поговорим? - напряженно спрашивает он.

Беру себя в руки и отвечаю, как взрослая самодостаточная женщина со сломанной кроватью:

- Да, конечно. Давай поговорим. У меня есть ещё пять минут, потом мне нужно работать.

- Не знал, что ты здесь работаешь, - всё также сдержанно замечает Макс.